Проклятые. Книга 2

В последнее время он никого не принимал, было не до человеческих интриг, но ради короля стоит подождать с созерцанием мира.

– Как она? – оракул стал подниматься. За его руками потянулись тонкие трубочки, жрица помогла ему встать.

– Спит неспокойно, – старик подошёл к криогенной камере, где лежала девочка. – Она вскрикивала, может видит сны или приходит к пониманию, что такое мир.

– Трудно летать, когда был рождён, чтобы ползать. Страх, он тут, – ткнул пальцем себе в грудь. – Чего хочет посланник?

– Просит встречи для своего господина.

Оракул не знал, что посоветовать королю. Силекациры, перешедшие границу Савод, уже прошли не одну сотню километров. Им предстоит ещё долгий путь, прежде чем король осознает неизбежное.

– Война. Почему? – этот вопрос задавал деду Килдрака, что объединил земли и восстановил порядок. – Неужели только сила может навести порядок?

Хотя Грумбар прекрасно знал, как живут иберие и булары, люди-цветы, у них своё государство, но сколько себя помнил, они ни разу не воевали.

– Война, – тихо произнёс старик. – Она идёт.

Жрица помогла оракулу сесть в кресло, прикрыла пледом его тощие ноги.

– Я сейчас приготовлю отвар. Может пусть придёт завтра?

– Нет, скажи посланнику, буду ждать его господина завтра к восходу.

Тут же от стены отошла жрица Килиа и вышла из зала. «Что я могу ему сказать?» – оракул устал, порой погружался в транс и днями летал. Так успокаивал свой дух, а тело, которое работало благодаря жизнеобеспечению криогенной камеры, уже стало рассыпаться. Грумбар видел, как на панели всё чаще и чаще загорались оранжевые сигналы, а пару раз и красные. Это говорило о том, что органы отказывают.

– Буди дитя, надо продолжить урок, – взял в руки бокал с отваром, что подала ему Куерин, сделал несколько глотков и, прикрыв глаза, подумал о короле.

* * *

Килдрак не спал. Тот доклад, полученный от разведчика, что прибыл из гарнизона Мериаетта, не давал ему покоя. Войн давно уже не было, да, были стычки, разногласия, но всё решалось за круглым столом. Что происходит там, в землях Межап, почти никто не знал, границу провёл его дед, великий Реирак, а отец Тромфир, которого звали мудрый, сохранил мир.