Проект «Жизнь за один день»

 – Вон моё кресло, подкати его, эти сволочи хотели его забрать, а зачем, оно ведь теперь не работает.

Мужчина поднял перевёрнутое инвалидное кресло, оно было с мотором и джойстиком, чтобы управлять колесами, но теперь эти новшества были бесполезными.

– Давай его сюда, ты только придержи, я сам залезу.

– Сейчас помогу.

– Не надо, не смотри, что я стар, руки ещё крепкие, ты только держи коляску и всё.

Руслан упёрся руками в ручки, а старик, словно обезьяна, шустро вскарабкался на кресло и, повертевшись на месте, пристроил ноги.

– Вот так-то лучше, спасибо. Ещё, если тебе не трудно, выкати меня на тротуар, тут мне не проехать.

Он не стал спорить со стариком, ещё раз посмотрел по сторонам и, убедившись, что никого поблизости нет, покатил кресло между машин. Выбраться на тротуар оказалось нелёгкой задачей, защитный бордюр был высоким, старику пришлось спуститься с кресла. И только после того, как он перетащил кресло через бордюр, старик ловко залез в инвалидное кресло.

– Ну вот, это уже лучше, а то всю ночь провалялся, а ночи, оказывается, холодные.

– Руслан. Куда теперь?

– А кто его знает. Нас было двенадцать, ехали из планетария, интересная штука, был ещё в детстве, не думал, что понравится.

– Из дома престарелых? – поинтересовался Руслан и, взяв за ручки, покатил кресло в сторону больницы.

– Да, ангельское отродье, оттуда, как стал ненужным, так сразу меня списали. Нет, я конечно же, не жалуюсь, есть еда, кровать и тишина, что еще мне надо.

– Болеет?

– Да, и уже давно. Нас бы уже давно отправили на утилизацию, но, видно, решили, что мне и так осталось недолго тут торчать. И вообще, мне надоел этот мир, хочу покоя и тишины. А мы куда вообще едем, ты хоть знаешь?

– Я тут недалеко раньше работал, настраивал роботов-хирургов, вон белый корпус больницы, нам как раз туда.

– Ладно, поехали, я сегодня свободен, вот только надо принять лекарства.

– А есть?

– Конечно же нет, откуда знал, что всё это произойдёт. Мой чип полетел, что-то с ним в последнее время не лады, то всё станет голубым, то задёргается, но я уже привык, вот так треснешь, – старик ударил ладонью по голове, – и пройдёт. А сейчас нет, хоть лбом об стенку. Наверное, окончательно вышел.

– Это вспышка на солнце, уже не исправить.

– Вспышка? Не пори мне чушь, я больше твоего в этом разбираюсь, чипы не перегорают, они не могут.