Нелтен

– Чего радуешься, ты следующий, если не подымешь свои результаты, – заявил Ирк и снова нырнул под воду.

– Спишут, – повторила Элис.

В её голосе не было сочувствия. Она всю жизнь только и делала, что тренировалась для одной цели – выслеживать заражённых. Это делали все дети в отряде: в этом был смысл их жизни. Поэтому они жили за городом, где было всё: чистый воздух, трава, деревья, птицы. У каждого своя комната, не хуже, чем в пятизвёздочном отеле Four Seasons – именно в нём она обнаружила свою первую жертву.

Данил не появился на ужине. Элис спросила у Жанны что случилось. Она, одна из взрослых, которая всегда была рядом и служила гувернанткой. Женщина была одета строго, словно носила военный костюм, иногда улыбалась и могла погладить по голове, но это случалось крайне редко, в основном, её взгляд не сулил ничего хорошего.

– Вас завтра соберут и всё объяснят, – её лицо, как маска, не выражало никаких эмоций. – А теперь кушайте, у вас после ужина свободное время, и чтоб никаких вопросов.

– Списали? – поинтересовался Ирк и, взяв вилку, проткнул поджаренный баклажан.

– Все вопросы завтра, ешьте.

– Точно списали, он – лузер, а мы – лучшие, верно? – спросил Ирк, но ему никто не ответил.

Клиз вспомнил, как играл в бадминтон с Данилом. Кили, как гонял с ним в мяч.

– А тебе здесь плохо? – спросила она тогда.

– Хорошо, но мы ведь тут не вечно. Стёпку и Ольгу списали, а до этого Вику и Жору, ещё был Вадька. Тебе вот сколько лет?

– Нечестно спрашивать, да и ты знаешь.

– Ага, тебе 28, а выглядишь как…

– Как?

– Вот в городе, тем, кому 28 – уже солидные тёти, а ты девочка, как так?

– Сам знаешь, – задумчиво ответила Элис.

– Знаю. Это всё те препараты, что нам дают врачи, а вот зачем?

– Что за глупый вопрос, наши способности выслеживать людей с болезнью откерс, сохраняются, если мы остаёмся детьми. Ирк, он выглядит намного старше, но у него отличные показатели: в этом месяце троих обнаружил.

– И всё же я бы хотел пожить в городе, пусть недолго, но пожить. Там люди, машины, суета, от которой тебя всего передёргивает. В этом что–то есть.