Ловушка захлопнулась

Гэйа понимала, что это довольно безнадёжное дело – драться с мужчиной, и поэтому сразу же пустилась наутёк.

– Стой! Вернись! Там обрыв! – закричал он ей вслед.

Но женщина не останавливалась. Она, словно горная кошка, что охотится на козлов, цепляясь за корни деревьев, карабкалась вверх, и уже через минуту её тело скрылось среди камней.

– Ну что же, теперь есть ещё один? – с удивлением задал себе Ериас чисто риторический вопрос и, перевернув кулон, посмотрел на чёрный экран, на котором появилась цифра ноль.

Гэйа очнулась. Это было с ней уже не первый раз; оказываясь в чужой местности, она никогда не могла осознать, как туда попадала. Женщина хорошо знала эти горы – её дом. Но ведь ещё утром она была в городе Ласо, расположенном восточнее, – а теперь она стояла на выступе скалы и смотрела в пропасть…

– Я не хочу умирать! – произнесла она сдавленным и от этого похожим на писк голосом – и зачем-то сделала шаг вперёд.

– Иди ко мне медленно! – приказал ей Ериас и протянул руку, чтобы в случае чего её поймать.

– Что я тут делаю? Я же…

– Знаю. А теперь отойди от пропасти – и ко мне. Поняла?

Женщина прижала руки к груди, посмотрела в сторону обрыва, а после этого – на мужчину.

– Я Вас знаю. Вы управляющий. Вы…

– Ко мне! – ещё раз приказал Ериас.

…Доросу и самому нужно было спешить. Его пребывание в теле Ериаса должно было скоро закончиться, и тогда двое этих сумасшедших точно могли бы спрыгнуть со скалы.

– Ко мне! – гаркнул Ериас и, подойдя к Гэйа, схватил её за руку. – Идём медленно! – он не отпускал её руки до тех пор, пока они не отошли на безопасное расстояние. – А теперь пошла прочь!

«Эта испуганная женщина явно не из бедных. Однако что-то же привело её к этим холодным скалам! Что ты тут искала?» – подумал он уже не о самой Гэйа, а о том, кто мог покинуть её тело.

Он достал из кармана отнятый у женщины брелок. Предмет уже стал разрушаться. Ещё примерно полчаса – и от него останется лишь пепел. Мужчина положил украшение на камень и, взяв в руку другой, разбил контроллер вдребезги.

– А теперь пора, – произнёс Ериас.

Слова ему давались с трудом: в нём боролись два сознания. Одно принадлежало ему самому, Ериасу, а другое – чужаку Доросу.