Мерета

– Я? – переспросил он. То, что из него сделали героя – спасителя Земли, это Ивер уже и так понял. – Всё, что в моих силах.

– Ты как человек военный будешь отстаивать наши интересы. Ты смышлёный, и поэтому странно, что тебя определили на патрулирование. Но мы это быстро исправим. Тебя уже повысили в звании: теперь ты – майор истребителя. Пройдёшь дополнительное обучение и возглавишь эскадрилью.

Ивер потерял дар речи. Всего лишь какая-то незначительная схватка в космосе – а так сильно изменила его жизнь.

– Примерно понимая всё то, что касается захватчика, Мерета мы будем пока что называть именно так, как называем.

– Да! – уверенно ответил Ивер.

– Но для этого необходимо будет убедить некоторых политиков. И ты станешь нашим рупором. Нашим знаменем. Их нужно будет уговорить. Эти мягкотелые президенты и министры верят в гуманность, но они заблуждаются.

– Да, именно так! – рявкнуло в один голос сразу же несколько генералов.

Ивер верил, что сохранять мир можно только в том случае, когда ты сильный, – тем более если речь шла об их новом противнике. А в том, что Мерета – это именно противник, вооружённый и очень опасный, Ивер в данный момент был уверен как никто другой.

Через день он был уже на Земле. Ивера сопровождали невидимые обычному глазу сотрудники спецслужб и подсказывали, как себя вести и на какие вопросы отвечать ему не стоит. В Тронном зале самолично президент Амлет прикрепил к груди Ивера орден «Звезда Давида», а после этого обнимал его так, будто бы он, Ивер, – его старый друг.

Все дни были расписаны по минутам: встречи с политиками, с журналистами, с народом… Ивер выступил в парламентах Швеции, Финляндии и Англии, в Палате представителей США и в Совете Федерации России. Он побывал в Израиле, Швеции и Японии; не миновал и Ватикан, в котором Папа Римский почти целых три часа выслушивал мнение Ивера относительно того, какую именно природу имеют инопланетяне – божественную или всё же сатанинскую.

Земля гудела, как улей. Все забыли про внутренние распри, про дефолт десятка стран, забыли про эпидемии и про голод. Всем в крайней степени хотелось знать, кто же всё-таки такие – эти Мерета, однако Ивер при всём желании не мог ответить на этот вопрос.