Алон

Меленький и худой, Семен был человеком не только энергичным и сообразительным, но и полным человеческого достоинства, что выделяло его на фоне в основном трудно различимых коллег. Андрей задержал взгляд на удаляющейся фигуре Семена, а когда повернулся к выходу на террасу, столкнулся лицом к лицу с Алоном. Заметно помолодевший, в джинсовом костюме, бейсболке, с аккуратной бородкой и умеренно длинной прической он был похож теперь на ведущего научного сотрудника Центра или доцента, обожаемого студентами и особенно студентками.

– Добрый день, Андрей, – сказал тот, как всегда спокойно и вежливо улыбаясь, – Как прошла ваша встреча с руководством Центра? Надеюсь, Ле… Плешин не очень возражал против нашего сотрудничества? – В глазах Алона явно прыгали какие-то веселые чертики и в голове у Андрея промелькнула пока ещё смутная догадка.

– Да, Алон, все в порядке и с жильем вопрос тоже решен. Остаётся только выбрать коттедж или квартиру в таунхаусе. Завтра с утра я буду в вашем распоряжении и вместе мы, я думаю, быстро справимся.

– Конечно, Андрей, если вы считаете, что это удобно. Все-таки люди с дороги, устали, наверное.

– Чепуха! Они ребята крепкие.

Увидев, что Андрей подходит к их столику не один, гости умолкли, внимательно глядя на его спутника.

– Рад представить вам Алона, вернее Ивана Айдаровича Корнышева, открывшего нам чудеса «места смысла» и объяснившего сам смысл этих мест. Иван Айдарович…

Закончить фразу Андрею не было суждено. Олег Олегович, пристально смотревший на Алона, вдруг тихим и каким-то угрожающим голосом спросил:

– Корныш, это ты или твоя побелевшая копия?

– Я, Аллигатор, я, – ответил Алон раскрыв объятия, в которые рухнул Олег Олегович.

Спустя несколько минут тот, которого на радость студентам Алон нежно назвал Аллигатором, – естественной производной от Олег Гатов, – успокоился и кратко пояснил ситуацию присутствующим.

– Вместе учились на истфаке, потом вместе работали. Экспедиции т. д. и все время втроем. А потом жизнь нас развела, причем Корныш пропал неожиданно и практически бесследно. Никакой связи на несколько лет. Хорошо, хоть предупредил, чтобы не искали, пока сам не объявится. И вот, на тебе, явился весь белый.