Зеркало для журналиста

Да Влад не то что бутылку друзьям не выставит, по телефону зря болтать не станет, прервет нетерпеливо, если разговор на отвлеченные темы:

– Ты чего, собственно, звонишь? По какому вопросу?

И, узнав, что просто так, сразу найдет предлог, чтобы прервать разговор. Господи, как же мы знаем друг друга! В комсомоле когда-то говорили: «Скучища, а не пьянка, ведь все известно заранее, даже кто чем отдавать потом будет!» Но что поделать, если мы из одной песочницы…

– Повод-то, повод есть какой, – пытаюсь я отдуплиться, – или мы, как те гусары, лишь бы заглотнуть?

Что делается, братцы! Не кто иной, как Влад лично, бутылочку из своей знаменитой потертой папки с монограммой «ХХУ съезд Компартии Украины» достает.

– Повод-то сегодня как раз самый знатный, Цвет! Твой день рождения – 25 июля! По местному времени, правда, но не беда: мы сначала по японскому календарю отпразднуем, а прилетим в Токио – по-киевскому. Так что готовься выставлять, Витя! Поздравляю!

Вот друг, посланный тебе судьбой! Даже поздравить не забыл вдали от родины.

– Я тоже поздравляю, Виктор! – Миша Громов крепко пожимает руку, насколько это возможно в самолете, пытается обнять. – Сколько тебе стукнуло, ты у нас самый младший?

– Сорок четыре, – неторопливо и как можно тише говорю я, – опасаясь, как бы другие в самолете не услышали и не пришли на запах поздравлять. Чем я их поить буду, когда водка в багаже? – К вашему сведению, в Японии эту дату не празднуют, плохая примета – две четверки.

– Это нас вряд ли остановит, – Владлен наливает в разовый пластмассовый стаканчик. – Мы своих обычаев придерживаемся. Так что, за именинника?

– Как положено! – вторит Миша. – Желаю счастья личного…

– А также – наличного!

– И безналичного! – это они уже хором.

Точно людей разбудят! Неймется им! Как ненавижу пить водку из пластмассовых стаканов, не идет!

И почти сразу же дремавший в соседнем кресле, через проход, Петя Ярмыш, редактор «Украинской мысли», он же ПЯ, он же почтовый ящик, он же пиявка липучая (выпивку чует носом, без него ни одна бутылка не распивается, причем, все на шару) резко повернулся:

– Опять бухаем, молодежь? Который час-то?

– Половина четвертого.

– Правда? Поздравляю, Цветков! Очень рад. Если нальете, выпью с удовольствием.