Блуждающая звезда

По его кораблю ведь пока не стреляют – и то хорошо. А раз пираты отвлеклись, можно…

– Джей, – окликнул капитан первого пилота, – переключайся в маршевый режим, по старому курсу.

– Мало энергии, – Джей под воздействием его слов будто ожил, выныривая из своей сосредоточенности. Он даже провёл рукой по лбу, стирая пот, для чего на миг оторвался от пульта.

– Знаю, – так же лаконично подтвердил капитан. – Но попробуем.

Переброска основной части энергии на двигатели грозила кораблю крупными неприятностями в случае прямого попадания вражеского снаряда.

Для вымотанной боем "Блуждающей" это почти наверняка обернётся гибелью. А если ещё учесть ограниченные возможности маневрирования в маршевом режиме…

Однако Старик, полагаясь больше на своё чутье, чем на логический анализ происходящего, всё же решился рискнуть. Это было что-то сродни мгновенному озарению, и капитан понимал, что поступает импульсивно, но времени на всестороннее обдумывание проблемы не оставалось. Сейчас каждая секунда могла стоить слишком дорого.

***

По сути, Виктор был правой рукой Юлии. А до этого – правой рукой её отца. И каковы бы ни были разногласия между седовласым капитаном "Алгола" и взбалмошной девчонкой (так её часто называл Виктор про себя), он всегда старался проводить в жизнь политику своей юной начальницы.

Впрочем, таков был его долг. Но выполнение приказов, с которыми он не соглашался, неизменно вызывало у "полковника" (как его иногда звала Юлия, под хорошее настроение) зубовный скрежет, а порой даже длительную меланхолию.

Вот и сейчас капитан "Алгола" хмуро рассматривал в зеркале отражение собственной физиономии, размеренно и методично отплевываясь ругательствами. Правда, между делом он задавался вопросом: стоит ли предстоящая "конференция" того, чтобы побриться? Или пусть у врагов сердца уходят в пятки при виде его двухдневной щетины?

Со щетиной он и впрямь представлял собой внушительное зрелище. На многих планетах его наружность вызвала бы в обывателях устойчивую ассоциацию с внушенным с детства образом некоего уголовного босса.

Что, кстати, было совсем недалеко от истины.

Ещё десять лет назад одним своим видом он разбивал женские сердца. На что ему было, в общем-то, наплевать: избалованный вниманием, он воспринимал всё это как должное.

Тогда он был стройным, подтянутым мужчиной с желтовато-карими глазами и тёмными чуть кучерявыми волосами, на висках уже тронутыми сединой.