Сеть. Трилогия

Едва Мира и Данила приблизились к нему, Сэм произнес:

– Кого ты мне привела? – голос его показался Даниле металлическим и безжизненным. Но это лишь с непривычки, а может робот пытался так выказать своё безразличие к сетевику. Сэм умело имитировал эмоции и, при желании, мог передать голосом радость, страх, добродушие или печаль.

– Это Данила, – Мира остановилась в метре от высокого, крепкого мужчины, в котором только по лицу можно было признать робота. Глаза его теперь были глазами обычного человека. Может Даниле померещился тот красный отблеск? – Дядя Серёжа о нем говорил, помнишь?

– Да, Мира, – в его голосе послышались нотки грусти.

Но говорил Сэм по-прежнему с непроницаемым лицом. – Я помню и могу воспроизвести каждое его слово. Ты, наверное, устала? Пойдем, надо тебя покормить.

Чётким движением он протянул к ней свою ладонь, и, взявшись за нее, Мира двинулась следом за роботом. Данила секунду постоял в нерешительности, и пошёл за ними. Так необычно было видеть, как эти двое держатся за руки, словно Мире снова семь лет, и отец просто встретил её из школы, а теперь ждёт, когда девчушка поведает о своих приключениях в большом мире.

Шли они минут двадцать, пока лес не стал гуще. Подъём быстро закончился, и тропа теперь петляла по твёрдой, сухой земле. Сэм только пару раз обернулся посмотреть, как там Данила, но остальное время проявлял к нему полнейшее безразличие. Он много раз слышал о том, на чьи плечи ляжет огромная ответственность, но не мог поверить, что этот человек окажется таким затравленным и хрупким, как сухой прутик.

Захоти он, Сэм переломил бы его в мгновение ока. Неужели о нем столько рассказывал Сергей?

Мрак над лесом сгущался. А может деревья теперь стояли плотнее друг к другу. Вдалеке показался просвет, а сразу за ним – огромная поляна. По центру стоял небольшой домик, Данила даже назвал бы его лесной избушкой из старых сказок. С одного боку виднелась миниатюрная пристройка, с другого – свежий холмик земли с чем-то вроде креста, воткнутого рядом. А вокруг зеленели невысокие деревца, квадратами расползались в стороны огороды, напротив, у самого леса, стояли, покрывшись слоем бурой хвои и почернев от старости, другие постройки.

Несмотря на усталость и страх, Данила пытался осознать увиденное, но не получалось. Неужели всё это настоящее? Неужели это происходит с ним?

Через поляну к дому вела широкая тропа, расходящаяся узкими отростками в стороны. Они чёткими линиями очерчивали огороды и грядки, где Сэм выращивал овощи.