Сеть. Трилогия

Что она означала, Данила поймет гораздо позже. – Чтобы они подумали, что это наша очередная передышка в пути.

Данила коротко кивнул. Его ноги и тело изрядно затекли от долгого напряжения. Каково же сейчас было Мире? Но держалась она бодро, будто открылось второе дыхание, когда они углубились в лес. Солнце уже погружалось в облака, мерцая меж стволов деревьев. Начинало темнеть.

Шли они около часа, пока можно было разглядеть дорогу. Сухая и пыльная почва сменилась зелёной травой, а потом и упругим мхом.

Звёздное небо прикрылось густыми ветвями ели. Выбрав поляну, закрытую со всех сторон кустарником, Мира обессилев, рухнула на землю.

– Всё, не могу больше. Надо поспать, – выдохнула она, прислонившись к смолистому стволу, и мгновенно заснула. Данила даже испугался, жива ли она, но проверить не решился. В городе он давно бы набросил аватар, и ушёл, куда подальше.

Краешком сознания Данила понимал, что и ему не мешало бы вздремнуть, но он и думать не мог об отдыхе.

Происходящее было настолько необычным, что голова шла кругом. Ноги его ужасно ныли, спину и локти ломило, но он не переставал впитывать пьянящий запах леса. Неужели это всё реально?!

Здесь всё было таким чётким, живым, настоящим! Всё вокруг звучало, говорило с ним, двигалось, создавая хаос, но не такой, как в городе. В этом хаосе была гармония, словно каждая частичка мира знала своё место, заботясь о другой такой же частичке. Это была не та мёртвая упорядоченность Сети, к которой он привык.

А ночью этот мир затихал. Едва солнце скрылось за горизонтом, Данилу пробрала неведомая до того прохлада. Сухие травинки, торчащие кое-где на поляне, дрожали от лёгкого ветерка, перешёптываясь друг с другом, сильнее хватаясь за сырую, остывшую землю. Всё здесь было таким незащищённым и хрупким, что невольно поражало, как оно до сих пор живо.

Высоченные ели и сосны шумели разлапистыми ветвями. И этот шорох, в отличие от гомона голосов Сети, говорил, что здесь не случится ничего плохого.

С этой мыслью, подперев спиной другую смолистую ель, Данила и погрузился в удивительно красочный сон.

Мира

Собрав тонкие русые волосы в пучок на затылке, Мира откинулась на мягкое, протёртое в некоторых местах до дыр, сидение микроавтобуса. Впереди струилась серая лента асфальта, сердито ударяя колдобинами в колеса, отчего машина поминутно вздрагивала, отвечая слабым ворчанием электродвигателей.