По ту сторону февраля

Голоса папы и бабушки доносились приглушенно. А маму и других гостей вообще не было слышно. Долго их спор не продлился, дверь с треском распахнулась, бабушка быстро вышла и стала одеваться. За ней показалась мама. Марк и Лиза поспешили удалиться в свои комнаты, пока их не заметили.

Марк долго не мог заснуть. Всё думал, почему все стали ругаться. Достал свой телефон из тумбочки, увидел много пропущенных сообщений от мамы, в том числе о том, что ужин начнется в четыре часа и желательно, чтобы он пришел пораньше.

Марк попытался вспомнить слова, значение которых хотел поискать, но в Интернете всплывали занудные статьи с путаными объяснениями.

Так ни в чём и не разобравшись, мальчик подошел к окну: небо затянули тучи. Тогда Марк вытащил «неправильный» бинокль из дома Саши и принялся рассматривать лес на той стороне реки и саму реку. Ему показалось, будто на льду он что-то заметил.

Наутро все были мрачнее тучи. Мама выглядела очень расстроенной, сестра молчала и рассержено тыкала ложкой в тарелку с овсянкой.

– Это что, из-за ссоры вчерашней? – спросил Марк.

Мама проигнорировала вопрос. Она как будто была не здесь.

– А мы вчера с Сашей нашли останки старинного здания… – начал он, чтобы всех подбодрить.

– Ужасно, – сказала Лиза. Марк уже хотел возразить, что ничего ужасного в этом нет. Но Нервное Расстройство поднялась, схватила портфель и со словами: В каком веке мы живем?! – ушла в школу.

Марк не понял, о чём идет речь.

– Мама, в чём дело?

– Марк, началась военная операция.

– Ну и что?

– Просто это… грустно.

Марк кивнул.

– Тебе пора в школу. Давай я тебя подвезу.

– Мы с Сашей хотели пойти.

– Мы его по дороге подхватим.

Что они увидели в бинокль?

Прошло несколько дней после того, когда бабушка ушла, хлопнув дверью, и началась война. На жизни Марка это никак не отразилось, он по-прежнему ходил в школу, делал уроки, ел, гулял с собакой, но всё уже было не так.

Сегодня была суббота, и Марк с Сашей договорились пойти исследовать новую игровую площадку на набережной.

Дул февральский ветер. Порывистый и несносный. Народу на улице было мало. Точно все испугались холода. Площадка была безупречная: кроме новеньких качелей там ещё были турники, как в спортзале, и высоченная верёвочная пирамида, наверху которой блестел и ошарашенно крутился флюгер. Марк взял с собой Шмеля.