У любви препятствий нет

– Её у нас называют ещё птицей – говорун, – объяснил Юра Сергею, – у неё рот никогда не закрывается. Она даже во сне разговаривает. Я как услышал, как она вам втирала, что она молчунья, чуть чаем, горячим не обжёгся.

– Ничего страшного, она вроде баба не вредная, – сказал Сергей.

– А с нами вредные и сплетники не ездят, их быстро выживают на другой автобус.

– Гегель дай музыку на весь салон, – крикнула Марго, – я переоделась, сейчас танцевать будем.

Заиграла музыка, начались танцы, куда утащили и Хохлова.

Миша выплясывал с толстушкой, Любой. Автобус ходил ходуном. Когда в Ельце догружали автобус местными торгашами, они затыкали уши от искусного пересвиста. Под украинский гопак, который исполнял азербайджанец, свистели и женщины. Они, неумело засунув сальные пальцы в рот дули сквозь них что было мочи.

– Птахи, вы что дуры? – закричал Гегель, – гроши все просвищите.

Елецкие пассажирки вначале зашли в автобус с хмурыми лицами, но, когда увидели, что обстановка доброжелательная, начали хлопать и просить повторить тот или иной танец.

Сергей, к счастью, потерял своего попутчика и сидел, молча один. Он смотрел в лобовое стекло автобуса и слушал приятный тембр Михаила Круга.

– Чего сидишь, скучаешь? – спросил у него Гегель, – притулился бы к какой, ни будь «теплостанции».

– Не с Марго случайно? – спросил Сергей.

– Не, Марго одна ночуя. Он, кажется, с Вегой Великанской, обнимается. Аппетитная синичка, и ненасытная до мужиков, – заметил он. – Рекомендую!

– Хватит городить чепуху? – осадил Гегеля Юра, – нормальная она женщина. Я бы сказал одна из лучших в автобусе! У неё полёт совсем не вороний, она райская птичка. Бывшая журналистка. А тебя Лысый послушать, можно подумать, что ты всех здесь перепробовал?

– А я своих прихожан, в автобусе, никого не прессую, – ответил Гегель, – у меня принцип.

– Тебе никто не даёт, вот поэтому ты принцип себе и придумал, – сказал Юра. – А сейчас та же Вега, если пустит к себе на лежак, так и про принцип сразу забудешь. Только скачущая лысина будет блестеть в темноте, и твой зад будет подниматься до крыши салона.

– Если сами предложат я, конечно, брыкаться не буду, – довольно заявил Саня.