Горькое молоко – 1. Золотой брегет. Тюремный шлейф

Сегодня он уже наигрался досыта и скоро ужин будет. Если ты играешь в футбол, я ему скажу. Обычно он сам подходит к новичкам и спрашивает всю подноготную жизнь на свободе. Тебя он сегодня видит в первый раз. Но про наше с тобой переселение информационная волна прошла по всему бараку. И ты должен понять, что сам он к тебе не подвалит.

Они выкурили ещё по одной сигарете, и Беда пошёл обживать свой новый угол. Взяв в руки томик Стефана Цвейга, он вальяжно расположился на кровати. Подложив под спину подушку и облокотившись на неё, открыл перед собой книгу.

Когда пришёл Румба, ему сразу бросился в глаза по – барски развалившейся на чужой кровати Беда.

– Не понял? – удивился он. – Ты чего на чужой шконке спину притулил? – но, узнав рядом стоящую свою тумбочку, и постель, лежащую на нижней кровати, изобразил довольную мину:

– Что новоселье будем отмечать? – и, не дожидаясь ответа из карманов бушлата, вытащил банку свиной тушёнки, пачку киселя, пачку сухой горчицы и тёплые носки.

– Носки заберёшь себе, у меня есть. Сегодня, чуточку подбил. Колобка пощипал. Рождество есть чем справить.

Иван отложил книгу на подушку и, оторвав спину от стены, принял ровное положение:

– Мне сегодня все делают праздничные подарки, – заметил Иван, – ты носки подарил, Генерал шарф. Валенки бы ещё кто подарил, совсем бы порядок был.

Румба присвистнул тихонько, и сел на свою новую кровать:

– Беда, ты знаешь, кто он такой на зоне?

– Догадываюсь, если имеет права дарить такие шарфы.

– Шарф, как шарф, – потрогал пальцами Коля, висевший на шее подарок Генерала. – Мягкий и тёплый, – оценил он.

– Я тоже так вначале думал, но мне после объяснили, что такие шарфы разрешают носить не всем, а только избранным. Он обещал мне хромовые сапоги заказать и ватник справить, а тебе сказал, чтобы ты играть прекратил, не то в икру превратишься.

– Что так прямо про меня и сказал?

– Да он всё знает.

– Я свежих клиентов теперь не обдираю, несмотря, что сам ещё зелёным считаюсь на этой зоне. Даю старым отыграться, но у них не получается. Только долги растут. А икру с меня никто не сделает, не забывай Иван, что я в цирковой школе учился. Сам фокусы создаю.

– На ужин пойдём? – спросил Беда.

– Зачем идти? Тушёнку сейчас на сковороду бросим, сало есть, кисель сделаем. Хлеба надо попросить, чтобы принесли.