Он ворует любовь

Но он случайно в госпитале познакомился с одним бывшим залётным лётчиком Руди немцем по национальности, но гражданином Швейцарии, страну, которую Руди обрисовал раем земного шара. Вот этот Руди и заманил его к себе туда в родной город Лозанну, устроив его на работу к своему брату на фабрику «Милка» упаковщиком шоколада. Глеба всё устраивало в этой стране и жильё с бытовыми условиями и высокая зарплата, и свободный образ жизни. И главное на работе не было никаких языковых барьеров, так как рядом постоянно находился координатор и всё непонятное производил в ясность.

Он даже дважды проверил себя неофициально в семейной жизни. Первой женой у него была француженка Мюли, которая понимала его только в сексе, но ему иногда хотелось кушать, чего в холодильнике не было когда он приходил с работы. Вторая жена была англичанка Ирма, которая кормила на убой и заставляла работать его как проклятого по своему дому и помогать её родителям по неотложным и опасным делам, например: «вкрутить лампочку в патрон люстры, накрутить фаршу на механической мясорубке или прочистить забитый унитаз». Ему такая семейная жизнь изрядно надоела, и он в один из серых дней, плюнув на богатство Ирмы отважно сбежал от них, оставив им в наследство свои домашние тапочки, которые привёз из России. Он вернулся в уютное гнёздышко шоколадной фабрики, в двухместную комнату со всеми удобствами, где жил с Анваром, парнем из Адыгеи. После его пробного неудачного сближения с противоположным полом, он распрощался с мечтой обрести семейное счастье в чужой стране. Глеб начал мучительно скучать о своих родителях, русских девушках. Он уже не хотел искать себе спутницу жизни из числа картавых женщин, – нестерпимо хотелось чисто русских, близких по духу, родных, которые при муже в неглиже появляется только в темноте и обязательно под одеялом. Хотя в Лозанне было немало русских девушек, но все они его отпугивали своей сексуальной платной специализацией. Поэтому он их сторонился не по тому, что валюты было жалко, нет здесь верх брало отвращение! Всё было прекрасно, но не было родного духа. Кругом его окружали не совсем адекватные разноязычные эмигранты, которые даже в общественных местах могли незнакомой женщине залезть под юбку и получив по наглой роже не сказав спасибо. Сам город, впрочем, как и все города Швейцарии, это была сладкая сказка. Но как говорится сладкое не всегда полезно для организма, к тому же у него практически оборвалась вся связь с близкими.