Он ворует любовь

В ответ он только рассмеялся и произнёс:

– Кому скучно в дошкольном детском учреждении, должен последовать моему примеру: найти работу в другом месте!

Может кто и понял смысл его фразы, но промолчали, понимая, что последние слова Захара были предназначены для «скучной» методистки, – постоянно носящую маску на себе, плачущей женщины, похожей на картину Пабло Пикассо.

Женщины подарили ему плеер с гаджетами и пожелали хороших результатов в работе.

– Замечтался дорогой? – замаячило перед ним красивое лицо Марины.

Он встал с дивана.

– Да нет, просто ваш дух отправил меня на секундный экскурс в недалёкое прошлое.

– В нокдаун что – ли? – спросила Вика.

– Почти – ответил он и вышел за дверь.

Вернулся он когда коллеги были уже переодеты. В руках он держал букет цветов, а на его столе бурлил электрический чайник.

– Куда цветы воткнуть? – посмотрел он на Вику.

– Хороший признак утро встречать с цветами, – сказала она и взяв у него букет пошла с ним в душевую.

– Кофе будем пить или уже поздно?

– Я уже утром пару чашек пропустил в себя, – сказал Захар и не отводя глаз от Вики, спросил:

– А где Шубина, или она хочет убежать от сытного дня? Не забыли, что у нас сегодня «Поросячий рай?»

Вика с Мариной недоумённо посмотрели друг на друга, затем звонко прыснули от смеха. Смех их хоть и был не продолжительный, но он не заставил стушеваться Захара.

– Поросячий рай, – это название французского блюда, которое к пятнадцати часам будет для нас уже готово, поэтому я и спросил причину отсутствия Веры Ильиничны. Так что вы не поймите меня превратно и не кушайте это блюдо как поросята.

Преподаватели хоть и прекратили смеяться, но их лица были перенапряжены и готовы взорваться от смеха в любую минуту. Поэтому смотреть в лицо обаятельного оригинала, который в первый свой рабочий день зарядил их позитивом с самого утра, они обе опасались.

– Не обращайте внимания на нас коллега – смотря на банку с цветами говорила Марина. – Мы просто втроём в этой каптёрке всегда одни находимся и из-за такой малюсенькой детальки, нас некоторые педагоги называют «три поросёнка». Кто – то с юмором, кто – то от зависти, – женщины ведь народ разношёрстный и гребешки у каждой индивидуальны.