Путь Киартаны

Охрана пристально осмотрела пришельцев.

– Мне не нужно ваше позволение пройти, – заверил Мерион.

Охранники нехотя распахнули двери и тут же скрылись в тёмном коридоре.

Наррог провёл их в огромный зал, где громоздились стеллажи и стойки с товарами. Вокруг кипела работа. Люди взвешивали ценности и считали деньги. Девушки лишь в накидках из простыней перебирали и фасовали наркотики. А в соседнем зале, за перегородкой, на кухне готовили десятки чанов супа для многочисленных бедняков Алькадии.

Наррог вывел их на лестницу, они поднялись на второй уровень, прошли коридором в небольшой пустой зал с массивным дубовым столом в центре и деревянными скамьями у стен.

Окна в крыше пропускали лишь узкие лучи света, в которых стояла пыль.

Дверь с другой стороны тоже распахнулась, молодой мужчина сел к столу. За ним в зал вошло море разношёрстного народу. Люди заняли лавки, окружили стол, а Наррог затерялся в толпе.

– Я Генри Сомбер, добро пожаловать в мою обитель! – он жестом пригласил гостей сесть и тут-же продолжил.

 – Вот вы и здесь, мисс Анаринэ, и ещё маг… Надеюсь верно произнесу имя… Гидарион Мерион? – он совсем не боялся смотреть в глаза.

– Гильдарион… – поправил Мерион, и по улыбке понял, что тот намеренно исказил имя.

– Простите великодушно… – нарочито вежливо извинился Генри Сомбер, – не смог запомнить. Мастер Ордена… Но позвольте узнать, как вы оказались здесь? Полагаю, в Ордене и так много проблем. Или Совет таки смог решить – объявить о нейтралитете или предать Владык, взяв под контроль армии?

– Сейчас это не важно, – Мерион не ожидал от него столь глубоких познаний в делах Ордена.

Он крепче сжал посох, готовый напасть в любой момент, но Генри вновь лишь улыбнулся, заметив его грозный взгляд.

– Вы правы. Было грубо упоминать об этом… – он испытывал его, но, убедившись в решительности, обратился к Гильде. – Итак, мисс Анаринэ, наконец, я удостоился чести видеть вас лично. Мне искренне жаль, что Андер и его люди напугали Вас, и причинили Вам боль… Полагаю, их смерть, в частности долгая и мучительная самого Андера, стала достаточной платой?

Его слова дурно влияли на Гильду, девушка побледнела, едва сдерживалась, чтобы не заплакать, и Мерион не знал, как её приободрить,

– Начнем, – Генри раскрыл массивную папку, что принёс с собой.

 – Однажды, пятнадцать лет назад некий гражданин по имени Гвинел Анаринэ пришел ко мне за ссудой. – Генри бросил на стол перед Мерионом пожелтевший от времени лист.