Путь Киартаны

– Это страшные люди… – сквозь слёзы заговорила она. – Мне уже причинили так много боли…

– Ты должна вернуть себе силу и уверенность, а для этого нужно войти в их дом и поставить им ультиматум! – Мерион поднялся и не спускал с неё грозного взгляда. Руны на посохе загорелись лунным светом.

Гильда вновь напомнила ему Настю, испуганную, бегущую прочь в слезах. Маг закрыл глаза и вновь увидел её ужасную судьбу. Молнии снова и снова били в Вечный дуб с неистовой яростью. Мерион погрузился в глубокие думы, что долгие годы угнетали его.

– Жизнь – та ещё стерва… – заговорил он в раздумьях. – Бывает находишь нечто невероятное, мечту… И в один миг всё теряешь… Но несправедливая, горькая судьба – всё, что у нас есть. Если не бороться, зачем жить?

Гильда плакала, уткнувшись в ладони, а Мерион ощущал себя вовсе не спасителем, а жестоким и бессердечным угнетателем.

– Ладно, – мягко заговорил он, – я останусь у тебя на время и буду защищать.

– Зачем вам это? – спросила она, взглянув заплаканными глазами на мага.

– Кто, если не я…

Солнце уже клонилось к горизонту, окрасило дома и башни Алькадии алым. В тёмном проулке маг заметил единственного попрошайку, который тотчас скрылся. За домом следили.

Мерион устроился на диване в соседней комнате и погрузился в медитацию в ожидании непрошеных гостей. Гильда спала беспокойно, и маг отвёл её тревожные мысли и дурные воспоминания. Вновь к нему потянулись разбитые дымкой руки из-за пелены, мудрейшие молчали, вспомнил прошлое и вновь не решился погрузиться глубже.

«Однажды, но не сегодня» – решил Мерион.

Ночью никто их не потревожил. Мерион проснулся, когда косой луч света достиг его лица. Маг спустился в кухню на аромат жареных яиц, с беконом. Гильда умело управлялась со сковородой и лопаткой, на печи кипел чайник, а на столе уже лежали приборы на двоих.

– Садитесь! – бодро позвала Гильда. – Через минуту будет готово.

Она разложила по тарелкам яйца, бекон, по куску запеченного хлеба, и села есть вместе с магом.

– Всё что есть, – извинилась она, но Мерион ничуть не оскорбился простотой еды.

– Главное вкусный чай, – заверил он, и налил в чашки крутого кипятка.

– Бабушка в последние годы стала совсем плоха, приходилось самой следить за всем, – решилась рассказать Гильда. – С двенадцати я готовлю, стираю, убираю, хожу за продуктами.