Опасные небеса

Затем были дружеские мужские объятия, после чего Кеннет гостеприимно указывал на одно из двух кресел, имеющихся в его каюте, помимо другой мебели – стола, шкафа, буфета с застекленными дверцами, заставленных книгами полок и отгороженной ширмой постели.

– Наверное, не меньшим, чем ты, – усевшись, заглянул я в открытую книгу, лежавшую на столе.

«Вот это да! – в очередной раз подряд поразился я, и было с чего. Судя по тому куску диалога, что мне удалось прочитать, книга оказалась любовным романом.

– Это надо же! Здесь, на Островах, когда стоит только открыть дверь, и к нему, нисколько не сомневаюсь, гурьбой бросятся все эти красотки, он читает книгу, где какая-то Кайли плачется на груди у какого-то Дарса, что они надолго расстаются, и ей будет очень трудно пережить разлуку! И это Адеберт, с которым я!.

. С которым мы!.. Да если только вспомнить одни наши похождения в Борнместире или том же Дигране! А что мы умудрились вытворить в Месанте, когда только быстрые ноги нас и спасли от разъяренных мужей белошвеек. А как они за нами гнались, крича во весь голос все мыслимые и немыслимые угрозы! И как веселился народ, наблюдая все это!»

Тогда оба мы служили навигаторами – я уже на «Барракуде», а он еще на «Кузнеце счастья». Нет, это чему же необходимо было случиться, чтобы он так изменился?! Глядя на меня капитан «Мантельского удальца» улыбнулся, вероятно, вспоминая о том же.

– Выпьем за встречу, Люк? – спросил он, все еще улыбаясь. И когда я кивнул, достал из застекленного буфета бутылку вина и два бокала.

– Вино из аугев? – с видом знатока поинтересовался я, глядя на то, как он разливает по бокалам.

– Да. Успел его оценить?

Ответить у меня не получилось: на палубе послышался какой-то шум.

«Там Родриг с Лардом, а я уже успел о них позабыть! Вдруг команда решила выяснить, что же происходит в каюте их капитана, и парни костьми лягут, не пуская сюда никого без моего разрешения».

Я вскочил, собираясь броситься наружу, когда Адеберт, успокаивая меня жестом, пинком открыл дверь.

– Так! – послышался снаружи его рев, сразу же меня успокоивший: разговаривать подобным образом можно только тем, кто держит свою команду в кулаке. – Ко мне в гости пришел мой лучший друг. Всем ясно, что можно и чего нельзя?

Судя по возгласам, доносившимся из открытой двери, понятно было всем.

– И людей моего друга примите со всей душой, – добавил он, после чего со стуком захлопнул дверь.