Путь на Багряный остров

Не знаю даже, почему у нее такое редкое имя: Софи-Дениз-Мариэль-Николь-Доминика, а не просто Дениз, Мариэль или Софи. Когда я спрашивал, она обычно отшучивалась.

И имеет ли имя какое-нибудь отношение к тому, что в жилах Николь течет кровь Древних? Да и сама ее кровь. С тех пор, как Древние исчезли, прошли уже тысячелетия. Так почему кровь не растворилась бесследно за сотни поколений, что прошли с тех времен? Словом, не девушка, а загадка. И что, от этого я ее меньше люблю? Нисколько.

Рука помимо воли потянулась к бутылке рома, но тут раздался стук в дверь, и вошел мой навигатор Рианель Брендос.

«Сейчас они оба заявят, что пришли за расчетом. Следом за ними придет Аделард, и история повторится. Ларда мучают частые приступы головной боли, Николь легко удавалось их снимать, а теперь, когда ее нет… Следом за ними потянутся и остальные. Нет, возможно, Энди с Миррой и останутся.

Увидев в руках Амбруаза немалой величины поднос, заставленный сверх меры всевозможными судками и тарелками, я отчасти успокоился. Особенно когда заметил в центре подноса бутылку вина. Любимого, из белого, почти прозрачного и очень сладкого винограда, растущего только на моей родине, на самом юге герцогства.

– Не помешаю, господин Сорингер? – спросил навигатор.

– Нет, что вы, господин Брендос. Проходите и присаживайтесь.

Сколько нам пришлось пережить вместе, а мы все продолжаем обращаться друг к другу так официально. Все дело в том, что ровно половина крови Брендоса принадлежит очень знатному роду поэтому Рианель получил воспитание чуть ли не при герцогском дворе, – что и заставляет вести его крайне учтиво.

«И тут кровь замешана», – не удержался я от того, чтобы снова не поморщиться.

Но в остальном навигатор «Небесного странника» – замечательный человек. Именно ему я хотел предложить стать капитаном корабля в том случае, если Николь примет мое предложение и ей захочется спокойной жизни.

Искоса взглянув на неопрятные мешочки с л’хассами, Амбруаз начал сервировать стол.

– Не желаете к нам присоединиться? – поинтересовался я у Аднера, зачарованно глядевшего на исходящий аппетитным запахом большой судок, водруженный Амбруазом посередине.

Тот с таким энтузиазмом закивал головой, что у меня появилось опасение, как бы он ее не стряхнул.