Артуа. Дворец для любимой

Я вертел головой по сторонам, совершенно не стараясь скрыть от Готома этого факта. Плевать на манеры и правила приличия, я – военнопленный, и разговор, несмотря на внешнее радушие трабонского короля, по всей видимости, предстоит нам очень и очень тяжелый. Нет, я не рассматривал его шатер в поисках подходящего предмета для того, чтобы захватить Готома, сделав его заложником, после чего начать диктовать свои условия. Тем более в шатре мы находились не одни, я не в самой лучшей своей форме, да и голова продолжала раскалываться на части.

– Как поживает моя венценосная сестра, ее величество Янианна, господин де Койн? Вы ведь не так давно прибыли из Дрондера. Всегда мечтал там побывать. Поговаривают, что столица Трабона Маронг в сравнении с Дрондером выглядит большой деревней.

Голос Готома звучал по-прежнему светски. На общеимперском он говорил чисто, как выходец из юго-западной части Империи, откуда я и сам когда-то прибыл в Дрондер. Да и не слишком-то они и различаются, языки Трабона и Империи, скорее это даже диалекты, чем языки.

Надо же, Готом знает, что я очень не люблю, когда меня называют «вашим величеством». Хотя чего удивительного, наверняка он знает значительно больше, чем мне того хотелось бы. Ну какое из меня «ваше величество», так, муж императрицы, как бы не было стыдно признавать этот факт. Еще перед нашей свадьбой мне ясно дали понять, что занять трон в случае смерти императрицы мне не удастся.

Сейчас я сидел и думал: «Ну почему все вы не можете понять – мне совершенно не нужен ваш четырежды проклятый трон, абсолютно не нужен. Мне нужна эта женщина, женщина, при одной мысли о которой я начинаю чувствовать себя так, что это невозможно описать никакими словами. Нет еще таких слов, никто их не придумал, ни в моем мире, ни в этом.

Однажды, уже после свадьбы, был у нас с Янианной этот разговор о престолонаследии. Не помню, с чего он начался, но вскоре речь зашла и об этом. Яна рассказала, что знатные роды, ее поддерживающие, тоже выдвинули это условие. Тогда я в шутку заявил ей, что жена мне досталась бесприданница.