Артуа. Дворец для любимой

За завтраком в шатре герцога доложили, что ночью в стане Готома опять был переполох, снова что-то взорвалось, но такого фейерверка, как при наступлении темноты, уже не было.

Работают люди Горднера, работают, главное, чтобы не попались. Хотя и знают они немного, да и люди все как на подбор, но развязать язык можно каждому. Тогда нетрудно будет узнать методы подготовки, возможности, вооружение, а затем принять необходимые меры для противодействия. На века конечно же все это не скроешь, так и задачи такой нет.

От предложения герцога остаться при ставке я отказался. Даже в случае его гибели командование ко мне не перейдет, да я и сам его не приму. Ведь тут именно командовать нужно, а не увлекать за собой личным примером, так что какой смысл.

Перед тем как вернуться к себе на правый фланг, я заехал к пулеметчикам. Все же герцог не до конца доверял новому оружию, и потому их позиция оказалась не на самом переднем крае, а в глубине обороны.

«Прямо заградительный отряд получился, – усмехнулся я про себя. – Ведь в том случае, если передовые части начнут отступать, стрелять по врагу будет невозможно, только по своим».

Чтобы объяснить ситуацию, пришлось возвращаться к герцогу. В принципе моей власти вполне хватило бы на то, чтобы передвинуть позицию пулеметов на четверть лиги влево, на вершину невысокого холма. По крайней мере, в этом случае появляется возможность палить через головы своих солдат.

Герцог, выслушав мои объяснения, с легкостью пошел навстречу. И даже дал приказ убрать с пригорка, куда я намерен был переместить пулеметы, батарею из трех пушчонок. Вот и славно, мешать друг другу не будут.

В пулеметчики мы отобрали наиболее толковых ребят. Ведь то, с чем им приходилось сталкиваться раньше, не шло ни в какое сравнение с новым оружием. Со стороны пулеметы смотрелись не очень внушительно: высокие, значительно выше тележных, стальные колеса и блок из пяти стволов, вращающихся вокруг центральной оси.

Да и принцип работы тот же самый. Несложный механизм с рукояткой приводил во вращение стволы. Под собственным весом в ствол, оказавшийся на самом верху, подавался патрон из кассеты емкостью в сто патронов.