Адъютор. Волки с вершин Джамангры

Господин сар Могуст клятвенно заверил, что королевские войска уже на подходе, ситуация в Финлаусте и сейчас практически под контролем, ну а дальше и вовсе, как он выразился, придет в норму. Вероятно, его заверения и сподвигли сар Штраузена не задерживаться в Нантунете, а продолжить путь в Клаундстон. Справедливости ради, не напрямую, Версайским трактом, а взяв курс практически строго на юг – вдоль прежних границ королевства Ландаргия с соседним Нимберлангом. Который, в чем нисколько можно было не сомневаться, и приложил все усилия к тому, чтобы в провинции возникли волнения, что вот-вот могло перерасти в бунт.

Наше путешествие было спокойным – все-таки все основные события происходили далеко на западе от этих мест. И вот наконец мы прибыли в небольшое имение под незамысловатым названием Зеленая Пустошь. Зелени здесь хватало с избытком, но пустошью даже не пахло. Если не принимать за нее бескрайние степи, особенно яркие зеленью сейчас, в самом начале лета.

– Красивые виды, – не раз замечал Курт Стаккер.

И он полностью был прав. Виды перед нами так и просились на холст живописца. Тенистые дубравы, заливные луга с их многоцветьем и далеко на горизонте – белоснежные пики Джамангры.

– Будь я художником, обязательно бы запечатлел на холсте многое из увиденного, – утверждал он. – На редкость колоритные места.

Стаккер, несомненно, изменился после того, как я дал обещание похлопотать о присвоении ему дворянства. Не то чтобы разительно, но множество мелочей назойливо лезли в глаза. Например, теперь Курт частенько рассуждал на темы, которые никогда прежде в разговорах с ним не затрагивались.

– И что мешает вам стать художником?

– Смеетесь, господин сарр Клименсе?!

– Отнюдь. Как вы считаете, чем отличаются они от обычных людей?

– Прежде всего умением рисовать. У меня, например, ни в жизнь не получится изобразить того же коня.

– Ну так избегайте их. Займитесь пейзажами, натюрмортами, графикой, наконец. Словом, всем тем, что совершенно не требует изображения живых существ.

– Да ну!

Удивительно, но всего двумя словами можно передать столько эмоций сразу. И недоверие, и удивление, и даже тщательно скрываемое «господин сарр Клименсе, при всем уважении к вам, уши мне не заливайте!».

– Спросите у сар Штраузена, Стаккер. Уж что-что, но лгать он точно не умеет.