Адъютор. Волки с вершин Джамангры

– Заставили вы всех нас поволноваться, сарр Клименсе! – заявил Курт Стаккер, к помощи которого обратились после того, как никому из секундантов не удалось ничего найти.

Тот поднял по тревоге всю полусотню наемников, чтобы старательно прочесать овраг. Конечно же снова безрезультатно. Мы с Александром провели все это время в библиотеке, которая действительно внушала уважение. И выглянули из нее только тогда, когда услышали хор тревожных голосов в холле первого этажа, среди которых выделялся голос его матери: она и сама находилась в неведении.

– Даниэль, ну нельзя же быть настолько безответственным! – выговаривал мне Клаус, когда мы остались наедине. – Ты хотя бы частично можешь себе представить, что мне пришлось пережить?

– Откуда бы? – не без иронии поинтересовался я, вспоминая его собственную дуэль, благо та длилась считаные минуты. Затем попросил его: – Сар Штраузен, не шевелись.

– Это еще зачем? – Он действительно замер.

– Хочу пересчитать седые волосы, которые у тебя появились.

И услышал в ответ довольно злое фырканье.

Ну а что мне еще оставалось, как не обратить все в шутку, ведь слов для оправданий не нашлось.

– Даниэль!

– Любой опыт хорош, если сделать из него правильные выводы. Или вот еще. То, что мне удалось прочесть в одной из книг, которых у Александра действительно множество. «Понять – это привыкнуть и научиться пользоваться». Ну замечательно же сказано, согласись!

– Не уводи разговор в сторону.

– Даже не думаю. И вообще, давай присоединимся к обществу.

– Как?!

– Как я узнал? Иногда из моей спальни по утрам тоже выходят дамы, и я отлично помню выражение их лиц… Ну неоткуда ей было больше выходить, иначе как из дверей твоей спальни. Кстати, кем она приходится Александру?

– Кузиной, – буркнул Клаус, явно обескураженный тем, что его маленький секрет для меня таковым не является.

– Пойдемте, господин сар Штраузен, нас уже ждут.

– Кто?

– Хозяева дома за накрытым столом. И наверняка сейчас за ним все будет куда веселее.

Ожидания мои не оправдались, пусть даже атмосфера за ужином была не в пример той, что в предыдущий вечер. Все испортило неожиданное известие Корнелиуса Стойкого о том, что ему придется вернуться в Нантунет.