Душа солдата

Махина выдернул чеку из двух гранат и по очереди метнул их туда, где вспыхивали жёлтые огни выстрелов. Потом достал две дымовых гранаты и отправил их следом. Поочерёдно хлопнули два разрыва и повалил густой белый дым. Противник стрелял беспорядочно и не прицельно. Иногда пули свистели совсем близко. Но приближаться они пока боялись и у них тоже был раненый. Махина ползком добрался до Сундука и перевернул его на спину и сдвинул балаклаву с лица. У него из рта текла кровь.

– Сундук, дружище, – прошептал он, – Сундук!

Товарищ не подавал признаков жизни.

– Сундук! – снова прошептал он, доставая из аптечки шприц-тюб нефопама[11 - Симптоматическое лечение острого болевого синдрома.].

Где-то не далеко треснула ветка. Махина внимательно окинул взглядом сектор откуда могли появиться хохлы, потом, сорвав колпачок, воткнул иглу в плечо Сундука и выдавил содержимое шприца. Снова треснула ветка, но уже правее.

– Сундук, Сундук. – шептал Махина.

Раздался протяжный и еле слышный стон. Сундук приоткрыл глаза. Даже в сумраке была видна его бледность. Увидев над собой, склонившегося Махину, улыбнулся.

– Сундук, дружище! – радовался Махина словно ребёнок, – идти сможешь?

Сундук попробовал приподняться на локтях, но скривился. Покачал головой, – Нет! – Колено раздроблено, кажется, и вторая нога…

– Я понесу тебя! – Махина начал расстёгивать разгрузку на теле Сундука.

– Погоди ты, – прохрипел Сундук, грубо отталкивая руку Махины. – Не надо! Бери рацию и уходи. Это приказ. Задание надо выполнить! Ты понял? Надо смешать эту лесопосадку и этот хутор с говном! И всех этих, – он кивнул в сторону дыма.

Сундук, зло сдвинув брови, посмотрел в глаза Махины. В предрассветной мгле Махина отчётливо увидел его глаза и то, что в них читалось.

– Ты понял? – повторил он вопрос, слабо сжимая локоть Махины.

– А ты? – спросил Махина, понимая, что вопрос прозвучал глупо. Ему казалось, что сейчас надо было что-то сказать. Что-то важное. Но он не находил слов, и сжав зубы, просто смотрел, в измазанное кровью, лицо друга. Ему было бы сейчас гораздо легче, если бы он лежал на месте Сундука.

– Я? – Сундук криво улыбнулся окровавленными губами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».