Живая пуля

– Я ведь за ограбление срок мотал…

– За вооруженное ограбление, – уточнила Инна.

– Точно, семь лет как с куста… Думаете, это я убил свою жену?

– А вы могли ее убить?

– Убить мог, – нахмурился Сухонин. – Но не Антонину. Я бы того козла убил, с которым она жила… Где он, в изоляторе?

– Не важно.

– Значит, там… Вы уж ему по всей строгости закона, пожалуйста!

– За что?

– Как за что? А разве не он мою Антонину убил?

– Пока не знаю…

– А меня вы зря подозреваете. Я не при делах. У меня бизнес, я от криминала давно уже отошел.

И Антонину очень любил… Не мог я ее убить… Это все козел этот, он ее убил… Как его фамилия?

– Не важно.

– Жаль, я не при делах, а то бы я его, падлу, на тюрьме достал!

– Дмитрий Васильевич, где вы находились пятого июня с четырех до шести часов утра?

– Дома был.

– С кем?

– Ну не с бабой же… Я Тоньку любил! – Сухонин вдруг ударил себя кулаком в грудь. – Мне больше никто не нужен!

– Кто может подтвердить, что вы находились дома?

– Витька.

Он ко мне в четыре утра заявился, рыбак хренов.

– Рыбак?

– Ну, дом у меня у самой речки, запруда там, карпы водятся. Если есть желание, можно удочки забросить… Или вы уже? – ухмыльнулся Сухонин.

– Что «уже»? – в ожидании непотребного подвоха нахмурилась Инна.

– В мою прорубь удочку закинули? Только не поймаете вы там ничего. Не убивал я Антонину!

– А могу я поговорить с этим Витькой?

– Легко!

Сухонин взял телефон, набрал номер:

– Витек, ты дома?.. Никуда не уезжай, я сейчас подъеду, разговор есть.

Виктор Верютин жил в крупнопанельном доме на южной окраине города. Это был мужчина лет тридцати пяти, такой же неказистый и запущенный, как и Сухонин, и перегаром от него разило за версту. Но если из Сухонина жизненная энергия била ключом и был он уверен в своих силах, тот это был полной его противоположностью – жалкий, забитый, робкий.

Верютин подтвердил то, что сказал Сухонин, но Инна не поверила ему. Слишком уж большое влияние имел на него Сухонин, чтобы поверить.

Она записала его адрес, номер телефона, чтобы поговорить с ним позже и наедине. Может, он сознается в сговоре с дружком, если того не будет рядом.

– Ну что, убедились? – спросил Сухонин, открывая для Инны дверь в свою машину.

– Убедилась, – кивнула она.

Но в машину не села. Не было у нее ни малейшего желания ехать к Сухонину. Да и смысла в этом не было. Если этот тип смог подбить на ложные показания своего дружка, то и в доме у него чисто.