Жесткий ответ

.

– Негодяи. Какие негодяи! – голос ее дрожал от возмущения.

– Меня облапошили. Облапошили как последнего придурка! – сокрушался Вячеслав. – Сын вылечился, хотя никогда не болел. Дела наладились. Потому что никто не мешал...

– Значит, нечистая сила здесь ни при чем, – сделала она вывод.

И улыбнулась с какой-то непонятной радостью. Из груди вырвался вздох облегчения.

– Ты не дьяволу сдавал душу в аренду, а мошенникам. Значит, перед богом ты чист. Значит, тебе не грозят муки ада...

Вячеслав был растроган.

Не о потерянных деньгах переживает Алена. Куда больше ее волнует он сам, его душа. Она заботится о добром, вечном, а грязь настоящего не для нее... А он? Как он мог подумать, что она заодно с мошенниками? Как он мог?..

Вячеславу стало стыдно. Он почувствовал, как запылали его щеки. И Алена это заметила. Но поняла по-своему.

– Ты волнуешься? Ты боишься? – забеспокоилась она. – Неужели ты думаешь, что этот Геннадьев может тебе что-то сделать?

– А что он мне может сделать? – не без удивления спросил он.

 – Перед законом я чист.

– Я понимаю, что ты чист перед законом. Но мне не нравится, что в милиции к тебе отнеслись с таким пренебрежением. Как будто ты не потерпевший, а подозреваемый...

– Ко мне отнеслись с пренебрежением? Почему ты так думаешь?

– Не знаю, но мне кажется, этот Геннадьев не должен был вызывать тебя к себе. Ты человек состоятельный, солидный бизнесмен. А он тебя по повестке вызывает, словно ты какое-то ничтожество. Он сам должен был прийти к тебе в офис.

Поговорить, объяснить ситуацию... Он, конечно, абсолютно прав – мошенников обязательно нужно вывести на чистую воду. И ты должен написать заявление... Но для этого тебя не следовало вызывать в милицию, будто ты непонятно кто...

Вячеслав почувствовал себя крайне неловко. Действительно, он солидный бизнесмен, человек с положением в обществе, а какому-то менту лень задницу от стула отлепить, чтобы самому прийти к нему. К тому же Геннадьев из МУРа. Если с Петровки, 38 он смог добраться до Битово, то мог бы сделать пару лишних телодвижений, чтобы наведаться к нему в офис.

– Да, я понимаю, тебя облапошили эти мошенники, – продолжала возмущаться Алена. – Но ведь это не значит, что с тобой теперь можно обращаться абы как и абы кому...

И тут она совершенно права. Геннадьев для него абы кто. И обращается к нему абы как. Потому что считает его ничтожеством.

– Вот гад, – озлобился Вячеслав. – За дешевку меня держит.