Я сломалась и падаю вниз

Такой даже за пятьсот рублей не продашь. Не мог Горбунов позариться на эту дешевку. Да и не стал бы он возить в машине награбленное.

Но такие рассуждения – признак здравой логики, а в жизни столько абсурда, что Матвей уже давно ничему не удивлялся. Он знал случай, когда человека убили из-за каких-то жалких ста рублей.

Сигарета пахла так вкусно, что у Зайцева потекли слюнки. Он не удержался, сунул искусительницу в рот, поднес к ней зажигалку, высек огонь и только тогда спохватился. Еще бы чуть-чуть, и он сделал бы затяжку, нарушив собственное табу.

– Совсем нехорошо получилось. Не должен был Лазарев так поступать, – сказал он и сломал сигарету.

– Победителей не судят.

– Но вы ведь тоже вышли на этого Горбунова.

– Да, сумели.

– Обидно, конечно. Ну да ладно, это ведь обычная бытовуха. – Зайцев пытался скрыть досаду, но это не очень хорошо у него получалось. – Свой телефон потерял, а на чужой рот раскрыл. Потерпевшая могла что-то не то сказать. Он вспылил, достал пистолет, выстрелил, убил, забрал телефон.

– Да глухо, как с негром в танке.

Дело об убийстве гражданина Забелина зашло в тупик еще в апреле месяце, но Зайцев продолжал требовать результат. Работа шла, но в безнадежном, вялотекущем режиме.

– Негра вытащить, танк оставить, – сказал начальник.

– Я все понял, – поднимаясь, сказал Матвей.

Но Зайцев не торопился его отпускать.

– Ты что-то сказать хотел? – спросил он.

– Да я вот думаю, вдруг Горбунова подставили?

Матвей не хотел говорить об этом, но его одолевали сомнения, да и начальник подстегнул.

– Кто? – Зайцев повел рукой сверху вниз, возвращая его на место.

– Не знаю. Мягкотелый он, этот Горбунов, благодушный. В армии не служил, в охране на «Вторчермете» стрелять не обучался. Он вообще делать этого не умел, а попал Белозеровой точно в лоб! В принципе, пуля-то, она ведь дура, и не такое возможно.

– Может, он вообще не собирался ее убивать? Допустим, игрался с оружием?

– Он признался бы, если бы так случилось. Такой человек раскололся бы, я в этом уверен. Но Виталий этого не сделает, потому как не стрелял.

– Но кто-то же пальнул.

– Может, не он?

– А кто?

– Не мог Горбунов убить Белозерову. Да и слишком просто это. В данной схеме нет Сумароковой, а без нее там не обошлось.