Я сломалась и падаю вниз

Внедорожники стояли в гараже при доме. Здесь, по всей видимости, находились машины попроще.

– Можно посмотреть? – спросил Матвей.

Сумароковой не очень-то хотелось идти в дом за ключами, но все-таки она пересилила себя, даже сама привела в действие электропривод гаражных ворот, хотя это мог сделать Зеленин. Но тот даже не вышел из дома. То ли лень ему было, то ли хозяйка не велела.

Из двух машин, которые стояли в гараже, простенькой здесь можно было назвать только одну, да и то с натяжкой. Матвей при всем желании не мог пока поменять свою «девятку» не первой молодости на почти новый «Фольксваген», которым пользовалась экономка.

«БМВ» Сумарокова открывать не стала, сказав, что Ирина этой машиной не пользовалась, а «Фольксваген» позволила осмотреть. Ничего подозрительного Матвей там не нашел.

Елена Евгеньевна закрыла гараж, и они вернулись на скамейку возле фонтана.

– Ирина только в магазин ездила или еще куда-то? – спросил Кириллов.

– Я думаю, только в магазин. Если бы она задерживалась, тогда можно было бы подумать, что у нее кто-то появился.

– А она не задерживалась?

– Я точно не могу вам сказать. – Сумарокова пожала плечами.

Об этом можно было поговорить с Зелениным, но Матвей не стал пока обращаться к нему.

– А у Ирины мог быть мужчина? – осведомился он.

– Конечно, мог. Она же не монахиня, а я не бог, чтобы мне обеты давать. Я же не запрещала ей замуж выходить.

– А как же табу на личную жизнь?

– Это был не столько запрет, сколько рекомендация.

– А если бы она вышла замуж, вы уволили бы ее?

– Но она ведь этого не сделала. – Сумарокова вдруг поджала губы, как будто пыталась сдержать поток нахлынувших чувств, на ее глаза навернулись слезы.

– Что такое? – спросил Матвей.

– Да вот подумала, что ее в подвенечном платье будут хоронить. Так положено, если покойница не была замужем. Жаль девчонку, такая молодая!.

– Было бы странно, если бы не нашло. Сколько Ирина у вас работала?

– Два года. Даже больше. Вам действительно уже пора, – сказала Елена Евгеньевна.

На этот раз Матвей упорствовать не стал. Он спросил, где находится магазин, в котором отоваривалась Белозерова, задал пару наводящих вопросов Зеленину и ушел.