Вольному – воля

– Зачем ты это сделал? – поднявшись с дивана, недовольно спросила она.

– Затем, что ты этого хотела, – сказал он, наблюдая, как она одевается.

В кабинете было темно, но через внутреннее окно сюда долетали отсветы ночного шоу. Народ в зале колбасился вовсю – убойная музыка, стриптиз, алкоголь, и возможно наркотики, делали свое дело.

Аврора заметила, что он смотрит на нее.

– Отвернись, – потребовала она.

– Я просто закрою глаза, дорогая! – блаженно улыбнулся он.

– А я сказала, отвернись!.. И никакая я тебе не дорогая!.

.

Алик лишь усмехнулся. Кобылу достаточно объездить один раз, и, как бы она потом ни показывала свой норов, под седлом ей все равно быть.

– Мы бы могли поехать ко мне, – сказал он.

– И не мечтай…

– Тебе не понравилось?

– Заметь, ты сам это спросил. Да, не понравилось…

– А мне кажется, что да…

– А мне кажется, что нет!

Алик уязвленно поморщился. Упрек постелью – это для мужчины так же больно, как для женщины насмешка над ее внешностью. А он помнил, как вела себя с ним Аврора.

Вроде бы отдавалась ему, но на него так ни разу и не взглянула. Все время лежала с закрытыми глазами, чтобы не видеть его лица. Что, если он представляла на его месте своего Гефеста или этого Максимуса… А может, и Ролана!.. Если Ролана, то это самое настоящее проклятие. Алику больно было думать о том, что Аврора из-за своего Ролана не может увидеть в нем достойного во всех отношениях мужчину. Не может она простить ему того выстрела, который едва не отправил Ролана на тот свет. Как будто не она позволила ему выстрелить…

– Ничего, стерпится – слюбится, – подумал Алик, и вдруг понял, что свою мысль он озвучил вслух.

– Как ты сказал, стерпится? – возмущенно протянула Аврора. – Ты хочешь сказать, что я стану тебя терпеть?

– Неужели все так плохо? – упавшим голосом спросил он.

Только что ему казалось, что он сорвал звезду с неба, но сейчас от уверенности в себе не осталось и следа. Аврора снова опустила его на уровень плинтуса.

– Я не скажу, что плохо… Но не скажу, что хорошо…

– Но ведь не плохо же! – воспрял он духом.

– Будет еще лучше, если ты вызовешь мне машину.

– Любой каприз… Ты жалеешь?

– Твоя беда в том, что ты постоянно спрашиваешь, как и что, – снисходительно, но с душой улыбнулась она. – Не надо спрашивать. Будь проще, глядишь, и люди к тебе потянутся…

– Буду проще… Просто я хочу, чтобы тебе всегда было хорошо.

– Будет хорошо, если ты отвезешь меня домой.

Алик снова расправил крылья.