Магистерий. Тайная игра

Лео снова отступил не глядя, спиной вперед, и споткнулся обо что-то, выступавшее прямо из пола. Взмахнул руками и повалился навзничь, влетев плечами и головой в очередной стеллаж. Сверху хлынула лавина хлама, затылок со всего маху пришелся обо что-то твердое и, похоже, разбился на куски. Стало окончательно темно.

– …Лео, очнитесь. Вы меня слышите?

Он поморгал и открыл глаза. Над ним склонилось смуглое лицо с озабоченно сдвинутыми бровями. Луч фонарика был милосердно направлен мимо.

– Вы умудрились обрушить на себя половину подвала.

Чудом череп не проломили. Удача у вас феноменальная. Можете встать? Зачем вас понесло в эти катакомбы?

– Вроде бы могу. – Лео сел, ощупывая голову. Вокруг валялись доски, фанерные щиты, обломки стремянки, груды разбитой кафельной плитки. Сколько же школьного имущества он уничтожил! – Мне показалось, что-то мелькает, пошел проверить и… Простите, я вас, кажется, подвел.

– Отнюдь, я увидел все, что хотел, а потом вы загрохотали, и дети пустились наутек.

Пойдемте, я вас отведу наверх, может, у падре найдутся какие-нибудь примочки, раз уж вам удалось уцелеть.

Лео раздал всем ученикам по листочку.

– Вопросы на доске, – сказал он, – у вас пятнадцать минут, чтобы ответить на них и продемонстрировать, что вы слушали меня на уроках или хотя бы открывали учебник. Время пошло.

Лео сел за стол, осторожно утвердив подбородок на сплетенных пальцах. Голова гудела. Под шорох самописок он на минуточку прикрыл глаза.

Ночью добрейший падре Кресенте привел Лео в свою комнату и, не слушая возражений, заставил лечь в постель. Принес мокрое полотенце и дал выпить каких-то пахучих капель. Лео хотел поделиться с ним впечатлениями о привидении, но то ли капли, то ли усталость выключили его сразу, едва голова коснулась подушки.

Где ночевал сам падре, Лео так и не понял – он разбудил Лео на завтрак полностью одетый и чисто выбритый. Надо сказать, что сон в чужой кровати пошел Лео на пользу, хоть та была узкая и твердая.

Под тонким тюфяком прятались простые доски. И особенно пошел на пользу лишний час сна – тот час, который требовала дорога от Сиреневого квартала до Лавровой улицы.

Лео не рассказал инквизитору о том, что увидел. Во-первых, это не привидение: слишком оно материально. Во-вторых, оно очевидно волшебное. От привидений так не фонит.

Лео попытался восстановить ощущения, которые испытал при встрече. Он не хотел, чтобы девочка его коснулась, пятился.