Южная кровь

– Где ты был вчера… в ночь с двадцать девятого на тридцатое августа?

– А где он был? Нахлестался пива и спать лег, – усмехнулась Майя.

На самом деле Семен выпил всего пару банок, чисто после бани. Зато за ужином съел целого быка, он же такой обжора, легче убить, чем прокормить. Вот он нажрался и завалился спать. А Майя будить его не стала.

– А вы где были? – официально, на «вы» обратился к девушке Фомин.

– В ночь?

– В ночь.

– На метле летала.

– Так и запишем.

– А зачем вы про Стенькина спрашиваете? Думаете, что я его пристукнула?

– Пристукнуть Стенькина мог ваш муж.

– Не выходил!.. – кивнул Семен, с подозрением глядя на Майю. – А с чего это я мог Стенькина пристукнуть? Ты что, снова с ним путаешься?

– Да не путалась я с ним. И не путаюсь. И вообще!..

– Что вообще?

Так Майе хотелось послать Семена подальше, но нельзя унижать его на глазах у постороннего. Даже если Фомин не совсем посторонний.

– А сам Стенькин что говорит? – махнув рукой на мужа, спросила она.

– Амнезия у него. – Фомин смотрел так, будто читал ее мысли.

И ведь не поверит ей, если она соврет. Но не врала она, и сама Стенькина не трогала, и Семен за топор не хватался.

– В смысле ничего не помнит?

– И сказать ничего не может.

– Но кто-то же его ударил.

– В том-то и дело.

– Может, из пацанов кто?.. Дубок мог, – пожала плечами Майя.

– Почему Дубок?

– Потому что голова дубовая… Не знаю я, кто мог.

– Ты за хлебом, а женихи за тобой! – съязвил Семен.

И снова Майя сдержала гневный порыв. Зыркнула на него, но матом не послала.

– И ничего ты с этим не поделаешь, – сказал Фомин, с грустной насмешкой глянув на Семена. – Паранджу ты на жену не наденешь, а она девушка красивая, мужчины оборачиваются. И даже пристают… Но тебе повезло, парень, твоя жена знает себе цену. И даже очень знатных женихов отфутболивает.

– Кого это? – ершисто спросил Семен.

– Да вот ходит… плавает у нас тут один на яхте.

– Та-ак! – Семен поднял руки, как будто собирался упереть их в бока, но тут же опустил их: он же не баба, чтобы подбочениваться.

– На самом деле Майя ему не нужна. Но воду он вокруг нее мутит.

– И что?

– А ничего. От больных нужно держаться подальше. Создай, как говорится, социальную дистанцию.

– Не понял.

– Жену дома держи, а за хлебом и сам съездить можешь.