Южная кровь

Он бы отказался, но молча.

– А ведь это ты, Фомин, Стенькина этого ко мне отправил! – неожиданно заявил Варшавин.

– А Леон твой на берегу был, когда Стенькин уходил? – спросил Родион.

– На берегу.

– И камер там нет.

– Думаешь, Леон мог перехватить Стенькина?.. Другого предположения я от тебя и не ожидал.

– Кто-то ударил Стенькина. И очень крепко ударил.

– Леон точно не мог… Он бы сказал…

– Стенькин скажет. Память вернется, и он скажет.

– Я за твоим Стенькиным не выходил, – кивком указав на экран телевизора, сказал Варшавин.

 – С меня взятки гладки. Проваливай, Фомин, утомил ты меня!..

Увы, но Родион пропустил мяч в свои ворота. Если Стенькина ударил Леон, то с него и надо спрашивать. А если вдруг бил Варшавин, то ему ничего не будет. Ну, продержат его пару суток в изоляторе, и на этом дело против него закончится. Папочка в лепешку разобьется, но вытащит своего отпрыска из любого дерьма, еще и Родиона крайним сделает.

– Да я-то пойду. А ты уплывай. Плохие здесь места для таких водоплавающих, как ты.

Вчера Стенькин попал, а завтра ты пропадешь.

– Это угроза?

– Уплывай! – поворачиваясь к Варшавину спиной, сказал Родион.

– Не трогал я твоего Стенькина! – донесся вслед Фомину голос Глеба.

– Уплывай, пока не поздно.

Родион кивком указал в сторону Москвы. Все нехорошие истории в этих степях начинались с мелочей. В случае с Тумановым сначала погибла его собака. И убили ее киллеры, которые прибыли по душу Туманова. В девяностых годах дружок Туманова расстрелял невесту на свадьбе, метил в ее отца, а потом в дочь.

Отец поклялся отомстить, он нашел Туманова, дождался, когда Майя пойдет под венец, тогда на дело и вышли киллеры. Хорошо, Родион вовремя подоспел.

А в следующий раз помогать пришлось самому себе. Тогда киллеры прибыли по душу самого Родиона. Началось все с провокации. Нанятые Варшавиным спецы ударили Гуляева палкой по голове. Родион стал искать преступников и угодил в ловушку. Но ничего, выкрутился и даже получил признание, уличающее Варшавина в провокации против Гуляева.

Родион прижал подлеца, но раздавить его не смог. Пошел с ним на сговор, Варшавин пообещал оставить их с Лерой в покое, но и месяца не прошло, как он снова путается под ногами. И неизвестно, какая пакость у него на уме.

– Я могу забрать этого Стенькина в Москву! – крикнул вдогонку Варшавин.

Но Родион даже не остановился. Не хотел он, чтобы Варшавин ехал в больницу, виделся там с Лерой, говорил с ней.