Ты бросил меня

Худощавый он, поджарый, движения быстрые, походка пружинистая. Волосы пышные, густые, прическа модельная. Волосы – его гордость, вряд ли бы он согласился на короткую стрижку, как у Никиты.

– Ничего не приключилось.

Плетнев движением руки показал на стул за приставным столом, но Никита остался стоять.

– Точно ничего? – Начальник снял куртку и направился к рабочему столу, на ходу вынимая расческу. – Он ведь на тебя давил.

– Если ему что-то не нравится, мы всегда это можем обсудить. С глазу на глаз.

– Ему не нравится… Ты знаешь, что ему не нравится.

– Что ж, придется доказывать, что я не случайный здесь человек.

– Правильно, – соглашаясь, кивнул начальник.

– А если Птицыну что-то не нравится, я всегда его выслушаю. Если это объективная критика, а не дурное настроение.

– Займешься расследованием серийных убийств.

Никите показалось, что он ослышался. Серийные убийства – это слишком круто для начинающего опера. Да и в одиночку такими делами не занимаются.

– Простите?..

– Шесть убийств в течение одного месяца.

– Где?

– Здесь недалеко, улица Паркетная.

– На одной улице? – в ожидании подвоха спросил Никита.

– На одной, – подтвердил Плетнев.

– Не слышал.

– Услышишь. Убьют седьмую кошку, шум точно поднимется. Уже разговоры идут…

– Кошку?! – Никита улыбнулся и облегченно вздохнул. Ну конечно же, он знал, что так и будет. Или кошку, или слона… Хотя нет, шесть слонов за одну зимнюю неделю – это серьезно даже для Птицына.

– Я сказал что-то смешное? – строго посмотрел на него Плетнев.

– Да нет… Она хотя бы беременна?

– Кто?

– Кошка.

– Шесть кошек.

– И все беременны?

– Не знаю.

– А как же вскрытие? Как же заключение экспертизы?.. Возможно, кошки были перед смертью тайно изнасилованы? Или даже зверски…

Плетнев кивнул, давая понять, что распознал сарказм, но при этом как был, так и остался серьезным.

– Делу не придавали значения, экспертиза не проводилась.

– И где труп шестой кошки?

– Подъедешь в ДЭЗ, найдешь… – Плетнев заглянул в свои записи: – Так, Инна Павловна Антонова… Можешь даже позвонить. Телефон запиши.

Никита развел руками. Планшет он оставил на столе, смартфон забыл в машине, а записной книжки у него не было.

– Так запомню.

– Запоминай, – косо глянул на него Плетнев.

Никита запомнил и телефон, и адрес, но пока добрался до айпада, забыл последние цифры номера. Зато адрес записал.