Тюрьма, зачем сгубила ты меня?

 – А что?

– Я не знаю, кого хотела кинуть твоя жена – меня, тебя или нас, вместе взятых?

– Она… Она не кидала…

– Тогда почему она сказала, что деньги забрали другие люди?

– То есть… Ты хочешь сказать… Твои люди не получили деньги?

– Не получили. Или твоя жена кинуть меня хотела. Или ты. Или ты вместе с ней.

– Федор, ну ты чего! – шалея от страха перед жестокой расправой, воскликнул Георгий. – Да чтобы я! Были деньги!.. Твои люди когда приходили, до или после трех?

– Какая разница?

– Ну ты же ставил срок до трех часов дня.

– Если до трех, значит, после трех приходили. Чтобы наверняка… А вместо верняка, флюс на всю морду!.. Короче, я не знаю, кто из вас меня кинуть хочет, но при любом раскладе, ты долг не вернул.

– Но были же деньги! – в панике крикнул Карцев.

– Не было! – безапелляционно отрезал Скачок.

Георгий понял, что попал в западню. Или Федор жестоко развел его в очередной раз, или кто-то другой обманул его, но так или иначе долг не выплачен и деньги придется собирать вновь.

– Будут деньги! Дня через три! Подождешь?

Надо будет созвониться с Максом, объяснить ему ситуацию, он поможет. У него серьезный бизнес в Москве, девятьсот тысяч для него пустяк. Макс еще раз одолжит ему деньги, а Катя со временем рассчитается с ним из доходов, которые приносит мебельный бизнес.

– Три дня? – задумался Скачок.

– Всего три дня… Ты дашь мне свои паспортные данные, жена откроет счет в банке на твое имя, переведет на него деньги.

– Надежней всего отдать деньги моим людям.

– Да ты пойми! Катя отдала деньги. Девятьсот тысяч. Но не тем людям!..

– Это не мои проблемы… Хорошо, дам я тебе паспортные данные. Пусть твоя жена откроет банковский счет. И чтобы через три дня деньги были там.

– Может, лучше через четыре? – унижаясь, спросил Карцев. – Я ей только завтра позвонить смогу. И то, если глушитель выключат…

– А выключат? – пронзительно посмотрел на него Скачок.

– Не знаю.

– Вот и я не знаю… Маляву жене чиркнешь. И штуку денег с тебя, за доставку. Завтра утром малява будет у нее…

Зэковская почта в тюрьме работала исправно. От решетки одной камеры к другой тянулись нити, по которым «гоняли коней» – то есть перетягивали от одного адресата к другому записки, даже мелкие передачки для особо важных в арестантской иерархии персон.