Три богатыря

Три богатыря

Владимир Григорьевич Колычев

Илья, Добрыня и Алеша чисто конкретные богатыри. И погоняла у них знатные – Муромец, Никитич, Попович. Стоит только появиться ворогу – будь то полчища печенегов, грабящих русскую землю, или внутренний супостат вроде боярина Тугарина, а то и просто исчадия зла – Баба-Яга, Змей Горыныч с Кощеем, – богатырский отряд быстрого реагирования немедленно наводит порядок железной рукой. Тяжела и опасна богатырская служба, все время сплошные напряги: налево пойдешь – богатому быть, прямо – женатому, а направо – убитому.

Владимир Колычев

Три богатыря

Часть I

Глава 1

Первая удача

Дружина ростовского князя Ярослава выстояла в недавнем сражении с варягами, но понесла значительные потери и нуждалась в пополнении. Надо так надо, решил отрок по имени Алеша по прозвищу Попович. И с благословения своего отца священника Леонтия отправился на княжий двор.

Туда же пришло много других, таких как он, молодцов.

После тщательного отбора Алеша попал в первый десяток новобранцев. Еще бы! Высокий, по-богатырски сложенный, подковы гнет с легкостью – кому как не ему быть княжеским гриднем.

Первый десяток, второй, третий... Все это неоперившееся воинство собрал под свое начало сотник – хмурый, с медвежьей статью бородач.

Алеше не терпелось поскорее примерить кольчугу, шлем, ощутить в руке тяжесть меча. Он получил оружие и доспехи. Но радости особой не испытал.

Кольчуга и шлем имели плачевный вид. Железо пропиталось запахом плесени, как будто сто лет пролежало в болоте. И меч выглядел не лучше. Зазубрины, выбоины, толстый налет ржавчины на клинке и рукояти. Похоже, им не рубились со времен царя Гороха. Ножен не было и в помине.

Весь остаток дня и всю ночь напролет Алеша и все его новые братья по ржавому оружию чистили-скоблили, точили-натирали свалившееся им на голову железо. К утру кольчуга у него радостно сияла, шлем блестел, клинок грозно посверкивал. Но все же – и это с прискорбием приходилось признать – меч и доспехи далеки были от совершенства.

– Что-то ты, молодец, не весел. Чего загрустил? – спросил его десятский.

– Да так... – пожал плечами Алеша.