Тайны Иллирии. Паук в янтаре

Нужно немного времени, – попросила я, потянувшись за артефактом. – И…

Уловив мое движение, Паук быстро сунул руку с медальоном в карман.

– И что? – обманчиво тихо переспросил он. – И дать вам возможность сделать его идеальным? Выхолощенным, бездушным, прячущим внутреннюю пустоту за совершенством внешней оболочки? Нет, благодарю. – Он посмотрел на меня в упор. – Я предпочту взять настоящую… вещь.

Паук отступил. Я опустила глаза, избегая встречаться с ним взглядом.

Я кожей чувствовала – передо мной был человек, раздираемый внутренними противоречиями, нестабильный, опасный, едва контролирующий своих демонов.

Но Паук был мне нужен. Был нужен Веньятте.

– Остановите казнь, – выпалила я.

– Что? – Сумеречный взгляд желто-карих глаз метнулся к моему лицу.

Глубоко вдохнув, как перед прыжком с обрыва в море, я заговорила, осторожно подбирая слова:

– Господин главный дознаватель, сегодня ночью в камеру на нижнем уровне поместили человека.

– Обвиняемый Спиро Дьячелли, грузчик. Семь лет проработал в северном порту Веньятты. Осужден за использование ментальной магии на леди Элии, дочери лорда Манорро, – безразлично бросил Паук. – В результате совершенного преступного деяния леди Элия скончалась. Все собранные улики однозначно указывают, что вина Дьячелли неоспорима.

– Это не так.

– Отчего же? – Он всем телом подался ко мне.

Я невольно вздрогнула.

– Его вынудили.

– Вынудили? – Уголки губ Паука приподнялись в саркастической усмешке. – Неужели вы сейчас скажете, что ментальная магия пробуждает в человеке непреодолимую тягу к злу? Поднимает порочное желание, которое можно утолить, только совершив жестокое преступление? Скажете, проникновенно глядя мне в глаза, что это просто природа, инстинкт? Менталисты рождены такими и это не их вина?

Я растерянно моргнула. Сказанное звучало откровенным бредом, больше подходящим суеверному коменданту Бьянкини.

«Рожденный менталистом обречен стать убийцей».

– Тело леди Элии и сам Дьячелли фонят остаточной магией. Его ментальной магией. Или, хотите сказать, ваши сверхточные определители, которые столь цветасто расписывал комендант, вовсе не так точны?

– Они точны, – покачала головой я. – Но…

– Тогда, полагаю, нам не о чем говорить, – не дав мне закончить, произнес Паук.

Отвернувшись от меня, он двинулся в сторону выхода.