Тревожит память былую рану

Да ты знаешь! Поэтому и метишь в мужья Ники! Со мной не вышло, так ты с ней! У меня ресторан, у нее квартира, можно жить и ничего не делать… Да только не выйдет у тебя ничего!

– Я альфонсом не был и никогда не буду, – нахмурился парень. – И квартирой меня попрекать не надо. Ноги моей там не будет…

– И где ж вы жить собираетесь?

– В поезде. В поезде будем жить. Она проводницей устроится…

– Что?! Да ни за что на свете!

– Это ты с дочерью своей разбирайся. Сможешь отвадить ее от меня, что ж, так тому и быть… Может, оно и к лучшему… Да и не может, а точно… Но учти, я по своей воле бросать ее не стану.

– Да с ней-то я разберусь, – закусив губу, качнула головой Инга.

Женщина ушла, оставив Егора с его проблемой. Надо же было так вляпаться – сначала мать, затем дочь. Теперь вот барахтайся между двух огней, как рябчик на вертеле.

Вероника появилась перед самым отправлением поезда, вызвала его к себе на перрон, обняла, крепко прижившись щекой к груди.

– Почему я с тобой не поехала?

– Потому что я скоро вернусь.

– Когда скоро? Через четыре дня? Да я с ума сойду, пока дождусь… Возьми меня с собой, а? Хочешь, посудомойкой, а могу и туалеты убирать…

– Если хочешь принести себя в жертву, то просто дождись меня, – растроганно улыбнулся Егор.

– Хочешь, чтобы мама в психушку меня упекла?

– А что, был разговор? – насторожился парень.

– Если она будет меня доставать, то у меня башня задымит… А она будет доставать!..

– Попробуй продержаться.

– Чего пробовать? Я безо всякого продержусь.

– А как же институт?

– И в институт поступлю. На заочное отделение…

– Тогда нас твоя мама живьем съест.

– И не только она…

– Кто еще?

– Ну, я точно пока не уверена, но, кажется, она Кешку подговаривает. Ну, чтобы с тобой по-мужски поговорил…

– Он?! Со мной?! По-мужски?!.. Твоя мама в цирке работать не пробовала?

– Цирк только начинается, – мрачно усмехнулся Вероника.

В ответ Егор еще крепче прижал девушку к себе. Нет, бросать он ее не собирался. Но что-то подсказывало ему, что над ним завис «дамоклов меч».

В этом он убедился в тот же день, вернее, ночью. Закрыв кухню, он шел в штабной вагон, чтобы хоть немного отдохнуть до утра. Путь пролегал через тамбур, где стояли два парня в спортивных костюмах.