Третий – мертвый

– Да пошел ты!

Скрипнула кровать, Лариса поднялась, выставляя напоказ прелести своего тыла, босиком прошлепала в душ. А фигурка у нее высший сорт. К тому же учится в МГУ, родители не из бедных. Неиспорченная, в общем-то, девчонка, через Крым и Рым не прошедшая. Где он еще найдет такую прелесть, близкую к совершенству?

Лариса не злилась, но на Дениса не смотрела. Оделась, собралась, вышла в прихожую. Она уходила, и Денис понял, что не может ее отпустить. Вдруг Севастьян там, где-то рядом, стоит, ждет.

И ведь не обмануло его чутье. Севастьян действительно поджидал девушку внизу. Они стояли на тротуаре неподалеку от подъезда и мило о чем-то болтали, он соблазнительно улыбался, а она млела от удовольствия.

Денис выскочил на улицу.

– Эй! – Он угрожающе расправил плечи.

Он и покрупней Севастьяна, и потяжелей, а удар у него будь здоров, полтора года увлечения кикбоксингом даром не прошли.

Севастьян услышал его, неторопливо тронулся с места. Он вроде бы и не спешил, но успел обойти Ларису.

– Рыбка умерла, – с грустью в голосе сказал Севастьян.

– Я же сказал, где ее похоронить. Или уже? – ухмыльнулся Денис.

– Зря ты так… – Парень достал из кармана завернутую в полиэтилен рыбку и протянул Денису.

– Зачем она мне?

– Мне нужна точно такая же рыбка.

– Ты придурок?

– Точно такая, другую не нужно, – повторил Севастьян. – Или оживить, или клонировать.

Он смотрел в глаза все так же грустно, но тяжело, пристально. От его взгляда становилось не по себе.

– Оживить нужно твой мозг!

– Рыбку, – качнул головой парень. – Или оживить, или клонировать.

Денис схватил рыбку и зашвырнул ее в палисадник перед домом.

– Это первое предупреждение! – сказал он. – Потом я тебя ударю.

– Рыбка должна быть в аквариуме. Аквариум без разницы какой. А рыбка – точно такая, как была.

Денис усмехнулся, глянув на убогого, посмотрел на Ларису, представляя, как она раздевается перед ним.

Вроде бы и несильно ударил, Денис даже не согнулся в поясе. Но дыхание вдруг остановилось. И ноги ослабли. Денис повел руками в поисках опоры, чтобы не упасть. О том, чтобы ударить в ответ, он сейчас не мог думать. И ноги как чужие, и руки с трудом шевелятся.