Третий – мертвый

– Я не шучу!

Лиза продолжила путь, а он стоял и оцепенело смотрел ей вслед. А если она действительно не шутит? Если Севастьян в самом деле вынес приговор? Осталось только привести его в исполнение. Сейчас Лиза расскажет Севастьяну, что Денис приставал к ней, и процесс ускорится. Возможно, его убьют уже сегодня. И никакая полиция не поможет.

Денис схватился за мобильник и набрал номер телефона отца. Положение очень серьезное, надежды на полицию никакой нет, а у отца связи, он может организовать жесткий наезд на Севастьяна.

* * *

Подполковник Славина смотрелась, как обычно, потрясающе. Обаятельная, но взгляд тяжелый, начальственный. Хотел бы Макар, чтобы этот взгляд превращал его сердце в камень, но, увы, оно таяло, как воск на солнце. Любил он эту женщину. Да и она оказывала ему знаки внимания. Отделением по раскрытию преступлений против личности руководил майор Глотов, но Славина предпочитала общаться с Макаром напрямую.

– Представь себе ситуацию, ты выходишь из дома и чуть не попадаешь под колеса обалдевшему от безнаказанности мажору. Мало того, что тебя чуть не убили, так ты еще и за ущерб должна заплатить. Двадцать тысяч.

– Еще и рыбка дохлая, – улыбнулась Марина.

Они учились на одном курсе в академии, Макар мог тогда закрутить с ней роман, но поздно спохватился. Судьба снова свела их вместе, когда на пальце у нее уже красовалось обручальное кольцо, этот камень преткновения, который не обойти.

– Оригинальная, кстати, идея, оживить рыбку – десять тысяч, клонировать – столько же.

– С юмором парень.

– И выдержка на высоте, – кивнул Капитонов.

На столе зазвонил телефон, соединяющий кабинет начальника отдела с дежурной частью. Славина сняла с рычагов трубку, выслушала позвонившего.

– Хорошо, пусть заходит, – разрешила она и, положив трубку, выразительно посмотрела на Макара. – Отец Крупенина!

В кабинет вошел высокий сухопарый мужчина в стильном темно-синем костюме и лакированных туфлях.

Выражение лица властное, взгляд жесткий, требовательный. Мужчина явно был настроен на выяснение отношений. Поздоровался он вежливо, но взгляд не смягчился. Поздоровался и представился, как будто сделал великое одолжение.