Телохранительница

Один выстрел наш, а чей другой?

– Чей?

– Ну, врагов у него много, – пожал плечами Фадей.

Рапс уверенно зарабатывал третью премию. Захар подумал об этом, увидев, как из машины выталкивают Агату. Все та же шубка на ней, те же изящные сапожки, только вид более затасканный, чем раньше, и машина другая, служебная «девятка» без опознавательных знаков.

– Захар?! – фальшиво обрадовалась она.

– Ну, здравствуй, – скупо улыбнулся он. – Чай будешь?

– Ну, если нальешь, – выразительно щелкнула себя по горлу Агата.

Захар провел гостью в кабинет. Не успела она сесть, как появилась Зойка.

– Эй, это кто? – вскинулась Агата.

– Моя жена и заодно мой заместитель. Лучше скажи, зачем ты слила нам про Жанну?

– Про какую Жанну?

– Сначала ты «нарисовала» Розу, затем – дочку, которая требовала отомстить за отца. Отомстить мне. Дочка – это Жанна. Дочь Ставра.

– Я про нее не говорила, – мотнула головой Агата.

– Я не бью женщин, – угрожающе глянул на нее Захар.

– И не надо…

– Зато я бью! – Зойка схватила Агату за волосы, замахнулась.

– Эй-эй! Не надо!.. – в ужасе зажмурилась та. – Я все скажу!

– Ты нарочно слила мне Жанну? – спросил Захар.

– Да.

– Джин сказал?

– А что я должна была сделать? Отказать ему?

– Ну что ты! – язвительно усмехнулась Зойка. – Проститутка не может отказывать!

– На заправке мы с тобой встретились не случайно, так? – спросил Захар.

– Не случайно.

– Ты знала, что меня собираются убить?

– Нет!

– Кто стрелял в Ставра?

– Я не знаю!

– Ладно, еще поговорим, – поднявшись, бросил Захар и вышел из кабинета.

Глава 4

Жанна пило вино медленно, маленькими глотками. Но запьянела она быстро.

– Почему Захар меня не убил? – спросила она, так же медленно и пьяно о чем-то думая.

– Он что, самоубийца? – мрачно усмехнулся Патрик.

Не нравилось ему, что Жанна так долго думает о Захаре. Вроде бы она и вычеркнула его из своей жизни, но, видимо, чернила, которыми она это сделала, слабые, быстро тускнеют.

– Если он не самоубийца, то зачем стрелял в отца?

– Это другое.

– Что – другое?

– Тут или пан, или пропал. А если тебя убить, какой в этом смысл?

– Ну да, он сказал, что я номер шестой, – уныло кивнула Жанна.

– Это еще почему?

– Потому что вы с Фадеем за меня все решаете…

– Ну почему же, ты можешь принять жесткое решение, и мы его исполним.

– «Заказать» Захара?

– Вот видишь, ты сама этого хочешь…

– Он сказал, что не стрелял в отца.