Судья и палач

Ненужного ему ребенка. Только бы добраться до этого гада!..

Да, роскошные хоромы отгрохал себе Болотов. Только не жить ему здесь больше. Ждет его камера-одиночка для смертников, а потом пожизненное заключение. Он будет за колючкой, жена здесь. И у нее будет другая жизнь. Только с кем?

Степан вздрогнул от невольной и подлой мысли. Он вдруг подумал, что вот бы самому приручить эту кошечку... Но нет, конечно же, это безумие.

А гражданка Болотова продолжала очаровывать его.

– А вы знаете, у меня уже были из милиции, – приятным мелодичным голосом сказала она.

– Знаю, – кивнул он.

До него здесь побывали ребята Маркова.

Только странно, что она говорит об этом так буднично-спокойно. Ведь в ее квартире произвели самый настоящий обыск. Правда, хватило только одной комнаты. Личной мастерской Болотова. У него ведь, оказывается, хобби было. Кустарь-одиночка, в свободное время он мастерил всякие электронно-механические штучки. Вот дверь в столовую – автоматика на ней его рук дело.

В этой мастерской запросто можно было изготовить взрывное устройство.

И как бы в подтверждение этому, руоповцы нашли в ней брикет пластида и несколько электродетонаторов. Этого вполне хватало для того, чтобы намертво привязать Болотова к выдвинутым против него обвинениям.

Один из оперативников лично беседовал с женой Болотова. О чем они говорили, для Степана осталось тайной. Правда, не за семью печатями. Ему не составило бы труда узнать об этом от того же Маркова. Но зачем ему это, если он сам может поговорить с Болотовой?

Тем более у него есть веская причина для визита.

Выяснение проблемно-родственных отношений. Но Марков попросил его побывать у жены Болотова совсем по другой причине.

– Алла Михайловна, – Степан впервые за все время назвал ее по имени, – я должен сообщить вам не очень приятную новость...

– Виталий?! – застыла она. Испуганно: – Что с ним? Его убили? Застрелили при задержании?

Казалось, она сейчас грохнется в обморок.

– Вы не так все поняли...

– Значит, с ним все в порядке? – расслабилась она.

– Да, если не считать, что ему грозит пожизненное заключение...

– Ерунда, – неожиданно повеселела Алла Михайловна. – Я совершенно уверена в том, что случай с Виталием какое-то нелепое недоразумение. Он никого не убивал. Не убивал и не мог убить...

– Но у нас есть веские улики...

– Какие улики? Взрывчатка, которую нашли у него в комнате?.. Но это же вовсе не значит, что он хранил ее для того, чтобы кого-то убивать.