Судья и палач

Ты можешь сдать меня, но останутся мои опера. И тогда тебе полный писец. Ты врубаешь, мудила, о чем я?

– Да-а... – прохрипел бандит.

– Тебя пристрелят как бешеного пса. Это я тебе даю слово. А ты, падаль, знаешь, что майор Круча словами не разбрасывается...

Он отпустил его и отступил на шаг.

– Да ладно, замяли гнилой базар, – отряхиваясь, пробурчал Сафрон. – Не буду я тебя сдавать...

Боится. Боится ублюдок. Его команду боится. Федота, Эдика, Саню и Рому.

В этих каменных джунглях в одиночку перед валом гремучего криминала не устоять.

И хорошо, что Степан это давно уже понял. Так что ему нечего бояться каких-то там недоносков в кожаных плащах и со стерильными мозгами.

– Ты со мной, Сафрон, не шути. Понял?

– Да ну чо ты, какие дела. Все путем, – вяло отбрыкивался Сафрон.

– Ну тогда бывай, – неожиданно широко улыбнулся Степан.

Как ворвался он в бандитский вертеп Волчарой, так Волчарой отсюда и уходит. Плевать он хотел на Сафрона и его компромат.

Глава четвертая

Вишневая «девятка» со стесанным правым боком резко затормозила перед железнодорожными кассами. Три молодых человека – один с автоматом, двое с пистолетами – выскочили из машины и устремились внутрь здания. Все трое были в масках с прорезями для глаз. Четвертый, водитель, остался за рулем, в любой момент он готов был ударить по газам.

Грабители влетели в зал.

– Всем на пол, падлы! – заорал один.

И ударил из автомата.

Пули зацокали по потолку, разбили люстру. Желающих приобрести билет было много – две длинные очереди. И все они в страхе попадали на пол.

Двое других налетчиков подлетели к первому окошку.

– Выгребай бабки, сука! – выкрикнул первый.

И выстрелил в кассиршу из пистолета. Две пули прошли у нее над головой, ударились в стену и противно зазвенели. От страха женщина едва не лишилась чувств. Непослушными руками она принялась выгребать из кассы деньги и выкладывать на подоконник.

Грабителю оставалось лишь забирать их и складывать в сумку, переброшенную через плечо.

Третий налетчик потрошил вторую кассу. И у него не было никаких проколов.

Хорошо было бы потрусить толпу. Люди ведь не с пустыми карманами за железнодорожными билетами приходят. Но на это не было времени. В любую минуту могли нагрянуть менты. Кассирши, они хоть и наложили в штаны от страха, но кнопку вызова наряда наверняка успели нажать.