Судья и палач

Он и Леньчик, владелец «Коралла».

– Спасибо тебе, Степан, здорово ты мне помог. Больше эти уроды сафроновские ко мне ни на шаг...

Это было давно, но это была правда. Немало сил приложил Степан, чтобы оградить своего агента от бандитских наездов. С самим Сафроном пришлось серьезно поговорить, на путь истинный направить. Тогда этот бандюг совсем еще дикий был, наглость из него так и перла. Непросто с ним было сладить. Это сейчас он почти ручной – хотя это только так кажется.

– Живи спокойно, Леньчик. Делай свой бизнес, корми народ.

Голос звучал глухо, непривычно. Как будто это не он говорил. Но нет, запись подлинная.

– Мне нужны гарантии...

– Тебе моего слова мало?

– Но я хотел бы крепче привязать тебя к себе...

Леньчик достал из кармана конверт с деньгами, сунул Степану в карман. А тот как будто ничего не заметил. Хотя именно этого и ждал. Но факт есть факт – передача денег состоялась.

– Здесь тысяча долларов. И еще будут. Только ты не отворачивайся от меня, ладно?.

Потянулась долгая пауза. Некачественная запись создавала шумный фон. А Степану казалось, что этот звук создают мысли, которые копошились в тот момент в его голове.

– Хорошо, договорились. Ты мне, я тебе...

Зарплата у ментов маленькая, курам на смех. А работы выше крыши. И притом с риском для жизни. Вот он своей шкурой рисковал, чтобы того же Леньчика от бандитов отбить. Так почему он должен отказываться от награды за ратные труды? Ведь не отказался же он в свое время от медали «За боевые заслуги» – за задержание особо опасного преступника наградили.

Степан на этот счет мог рассуждать сколько угодно. И даже признавать себя правым. Но факт остается фактом. Он получил деньги за предоставление незаконных услуг. И скрытая камера все это беспощадно зафиксировала. Если эти кадры попадут в управление собственной безопасности, в ту же секунду Степану начнут шить уголовное дело.

Но тогда и самому Сафрону придется туго. Ведь Степан не зря столько сил положил, чтобы свою ментовскую команду сколотить.

– Откуда пленка? – жестко спросил он Сафрона.

Тот уже расправил крылышки. И уже не выглядел таким испуганным, каким был еще недавно.

– А ты думаешь, я пальцем деланный, – криво усмехнулся он.