Стрела Амура 9-го калибра

– Следствие тоже так думает. Девушке капитана Костина грозит пожизненное заключение.

– Если так, тогда еще можно.

– Продолжение следует.

– Его написать нетрудно.

– Это реальная история. Если ты хочешь здесь остаться, то должна ее знать. Ее зовут Рита.

– Твою историю?

– Да, Рита – моя история. Единственная и неповторимая.

– Где она?

– В следственном изоляторе.

– С ума сойти!.. Ты же не хочешь сказать, что она киллер.

– Нет, не киллер. Просто она отлично стреляет. Пошла на преступление, чтобы спасти меня.

– Дюжина трупов?

– Я люблю ее и хочу быть с ней.

Оксана зависла в раздумье, вдруг засмеялась и сказала:

– Юрьев, пошел ты к черту со своей историей! Я тебе поверила!..

– Но у нас здесь действительно стреляют.

– Тебе это нравится?

– Нет, не нравится. Поэтому я должен сделать, чтобы не стреляли.

– Как? Перестрелять всех бандитов?

– Пересажать.

– Это невозможно. История человечества началась с того, что Каин убил Авеля. Чем-то подобным она и закончится.

– Все-таки я попробую. Никуда я с тобой не поеду.

– Почему?

– Потому что я пустил здесь корни. Меня отсюда можно только вырвать. Но я не вижу такой силы.

– Я тебя отсюда вырву.

– В тебе нет такой силы.

– Да, я слабая женщина. Да, я совершила ошибку.

– Ошибайся дальше. Но без меня.

– А если мне нужна твоя помощь?

– Что конкретно?

– Ты стал таким грубым, даже жестоким. Все это против слабой женщины.

– Я отвезу тебя на вокзал, даже куплю тебе билет.

– Я встану на перроне и буду кричать. Пусть люди знают, какая полиция их бережет.

– Как хочешь.

Максим привез Оксану к себе домой, провел в комнату, посадил на старенький диван, который жалобно скрипнул даже под ее птичьим весом.

– Да уж! – осматриваясь, сказала она.

– Можно подумать, в твоей деревне жилось лучше.

– Когда это было! – Она ничуть не смутилась.

– Не нравится?

– Жить можно.

– А то могу на вокзал. – Максим усмехнулся.

Хорошо, что Оксане здесь не нравится.

– А на вокзал надо бы съездить. За моим саквояжем. – Оксана посмотрела на него так, что ей невозможно было отказать.

– Съезжу.

– Но сначала мне нужно принять душ. Он у тебя на улице?

– На улице было в твоей родной деревне.

Ванную и туалет в тетушкином доме трудно было назвать произведением сантехнического искусства, но и полной убогостью они тоже не являлись. Оксана даже повеселела.