Стрела Амура 9-го калибра

Тот ударил Дьяка кулаком в живот, и чугунная труба разломилась на звенья. Максим смог заломать противника.

– Я буду кричать! – предупредила худосочная дамочка, с бледным видом сидящая за столом.

Острые черты лица, маленькая грудь. Но было в ней и что-то очень притягательное.

Только Бочкарев почему-то не церемонился с этой особой.

– Документы?

– Нет у меня документов.

– Тогда будешь кричать «Занято!». Есть у нас одно место. Поехали!

– Я буду жаловаться!

– Разберись с ней здесь, – глянув на дамочку, сказал Помазов.

Бочкарев остался в ресторане.

Опера затолкали Дьяка в машину. Максим сел справа от него, Зыков – слева.

– Вы что, тупые? – зло спросил вор.

– Если мы тупые, тогда кто ты?

– Танаков меня отпустил.

– Кончился твой Танаков.

– Ага!

Максим въехал ему локтем в печень. Он вложил в удар всю свою силу, и Дьяк сжался в комок от острой боли.

– Значит, Танаков тебя отпустил? – спросил Помазов.

– Меня закон отпустил!

Дьяк еще не открыл глаза, поэтому не заметил, как Помазов включил диктофон.

– Тебя отпустил закон? В лице Танакова?

– В яйце Танакова!

Дьяк снова пропустил удар в печень и скрючился.

– Я не больно долги возвращаю? – спросил Максим.

– Жаль, что я тебя не грохнул.

– А ты собирался меня грохнуть? – спросил Максим.

– Ты еще ответишь, мусор.

– Очки набирает, – с усмешкой проговорил. – Для зоны! Будет там рассказывать, как ментов кошмарил.

– И пацанов своих под раздачу подставил. Всех на Вильяма бросил, а сам у бабы под боком остался.

Дьяк задергался, но Максим снова ударил его и заявил:

– Можешь Танакову пожаловаться, я разрешаю.

– Не знаю такого.

– Макс, ты прямо как маленький, – сказал Помазов. – Танаков – мент! А чтобы Дьяк мента сдал! Да ни в жизнь! Он скорее братву свою сольет.

– Так он и сделал. Братва знала, с кем он дружбу водит.

– Я ментов не сдаю, – сквозь зубы процедил Дьяк. – Я их убиваю!

– Бла-бла-бла! Пустой треп.

– Это мы еще посмотрим.

Признаний насчет Танакова Максим так и не добился. Но угрозы в адрес сотрудников полиции получил – на диктофон. Никакой судья теперь Дьяка под залог не выпустит. Если Танаков снова откроет клетку, то пусть пеняет на себя.

Опера по всем правилам закрыли Дьяка в камере ИВС и сразу же получили приглашение к начальнику криминальной полиции.

– Теперь можно и пойти, – решил Помазов.

– Пойдем, – сказал Бочкарев. – И не просто так.