Маски сбежавшей невесты

 – Большую часть года она провела здесь, на Дворцовом острове, а осенний сезон – в императорской резиденции в столице.

– В качестве фрейлины?

– Все верно, милорд. Как лучшая воспитанница пансиона Вест-холл она удостоилась чести быть принятой в свиту самой Луноликой императрицы. Мэрион мечтала об этом с самого первого дня учебы и усердно трудилась, чтобы получить приглашение. И она его полностью заслужила, будьте уверены. Мэрион – самая сообразительная, самая честная, самая милая девушка из всех, кого я только знаю.

– У вас теплые отношения с сестрой, – заметил лорд.

– Да, это так, – охотно согласилась я. – Она заботилась обо мне с тех пор, как мы осиротели. Мы никогда не расставались надолго – до последнего времени…

Поняв, что ступила на зыбкую почву, я замолчала.

– Вы регулярно вели переписку, где обсуждали некоего лорда, – будто и не заметив осечки, ровно продолжил лорд Хенсли. – Ваша сестра не называла его имени.

Глава 2

Я застыла.

Граф не спрашивал, приходили ли мне письма. Не интересовался их содержанием. Единственный вопрос – известно ли мне, кем был упомянутый на страницах возлюбленный Мэрион, с головой выдавал неприглядную правду.

Мою комнату обыскивали. И конечно же нашли среди вещей сундучок с украшениями, оставшимися от матери, и дорогими сердцу письмами. Простенький, сотворенный воздушной магией замо?к, наверное, показался безопасникам детской игрушкой по сравнению с по-настоящему сложными артефактами.

Впрочем, чего я ждала? Что после того как сестра, презрев супружеский долг, сбежала неизвестно с кем от самого герцога Голдена, фактически являвшегося вторым лицом в империи, меня сочувственно погладят по спинке, нальют свежую кружку какао и отпустят восвояси?

Как бы не так.

И тут меня накрыло.

Письма. Если лорд Коул видел их, мог ли он догадаться… Нет-нет, только не это! Волна дрожи прокатилась по телу.

Над переносицей заныло. Мне показалось, что я физически почувствовала на себе пытливый, изучающий взгляд.