Соленый волк

Так что кинолог здесь не нужен. Да и нет собаки, не привезли. Эксперт-криминалист тоже ничем не мог сейчас помочь.

– А вы, значит, к нам начальником ОВД? – спросил Планидкин, внимательно глядя на Малахова.

– Отдела МВД, – кивнул Артем. – По Волговодскому району.

– И сразу труп?

– Труп недельной давности. Неделю назад я даже не подозревал о существовании вашего города.

– Да нет, я ни в чем вас не подозреваю. Просто удивительно.

– Давайте без эмоций. Скажите лучше, что вы собираетесь делать.

– Ну, пока не ясно… Игорь Юрьевич! – Планидкин обратился к медэксперту, который осматривал шею покойного: – Его задушили?

Впрочем, он мог и не спрашивать, странгуляционная борозда просматривалась отчетливо. Драбова душили старательно, петлю на его шее затянули основательно. Или удавку. Из веревки, на конце которой потом затянули петлю. Возможно, для антуража.

Возможно, Драбова убили те же люди, которые покончили с подполковником Земским и его последователями. Преступники наловчились выдавать убийство за несчастный случай, но с Драбовым они могли действовать грубо, все равно потом концы в воду.

– Я уже сорок два года Игорь Юрьевич, – прокряхтел высокий мужчина без единой седой волосинки в пышной шевелюре.

Высокий, в крупных очках с тонкой стильной оправой. Белый халат идеально чистый, туфли начищены до блеска.

Мужчина поднялся, посмотрел на Малахова, перевел взгляд на Планидкина и оттянул резинку на правой перчатке, как будто собирался ее снимать.

– Криминальный труп, никаких в том сомнений, – сказал медэксперт.

– Может, все-таки сам? – Планидкин осторожно приложил пальцы к своему горлу.

– Его задушили.

– А петля?

– Веревочная петля… Задушили шнурком, а потом уже появилась веревка.

– И камни, – сказал Малахов.

Криминалист еще брался за труп, но Артем и без него уже осмотрел куртку с внутренней стороны. Высыпались не все камни, парочка осталась. И песок оставался в складках одежды.

– Чтобы тело не всплыло, – оживился следователь.

– Чтобы не всплыло, – кивнул Малахов.

– Так, может, камень крепился к веревке.

– Веревка обрезана. Кто-то обрезал веревку.

– Ну да.