Смерть по любви

Все ее лицо от волнения пошло красными пятнами.

– Я его прикончу, – тихо сказал Трофим.

Он, конечно же, боялся убить человека, но за маму готов был драться насмерть.

Машину можно было облить краской. Или даже поджечь. Марк усмехнулся, качнул головой.

«Я уже давно вышел из того возраста, чтобы мелко пакостить. Тем более женщине, – подумал он. – Мне ничего не стоит превратить Ксению в мокрое место. Но не сейчас. Сначала нужно разобраться с качком, который едва не сломал мою челюсть.

Марк потер пальцами ноющую челюсть, достал сигарету и увидел знакомую девчонку. Трофим, кажется, называл ее Наташкой. Совсем еще молоденькая, оттого и симпатичная. Волосы светлые, нежные, лицо гладенькое, тело упругое. Кость у нее тяжеловатая, запястье широкое. Уже к двадцати пяти годам эта стройная телочка станет толстой коровой.

Наташка шла и завороженно смотрела на джип. При этом она пыталась делать вид, что ей все равно.

Марк не стал выходить из машины, просто опустил стекло и насмешливо, свысока глянул на девушку и сказал:

– Не проходите мимо.

– Это ты. – Наташка едва не лопалась от натуги, пытаясь изображать равнодушие.

– Садись! – Марк небрежно кивнул на свободное место справа от себя.

– Да мне домой надо. – Наташка приподняла пакет, который держала в руке.

– Счастливо! – Он так же небрежно поднял стекло и нисколько не удивился, когда открылась передняя правая дверца.

– А ты чего тут?.. – Девчонка смотрела на него большими, жадными на приключения глазами.

– Угадай.

– Ты за деньгами приехал?

Марк был в курсе, что Ксения отправилась к сыну, но не видел, как Наташка выходила из дома. Значит, она могла и не знать, чем закончилась история с лоховским долгом.

– Нет. Я за тобой.

– А я-то здесь при чем? – жеманно спросила Наташка.

– Не хочешь Трофима спасти?

– А надо? – Щечки у нее зарумянились.

Марк завел машину, выразительно глянул на девушку и заявил:

– Ты садись или иди. – Он кивком показал на подъезд.

Наташка забралась в машину, закрыла за собой дверь и только затем спросила:

– А дальше что будет?

Марк вопросительно повел бровью.