Смерть по любви

Когда он пришел в себя, Ксении уже не было, исчез и ее заступник. Один официант совал ему под нос ватку, смоченную нашатырем. Другой держал в руке прозрачный пластиковый пакет с ворохом пятитысячных купюр и смотрел на Марка с нескрываемой надеждой на щедрые чаевые.

Марк покачал головой, зло глянул на него. Рассыпанные деньги нужно было собрать в пачку, перетянуть резинкой, а этот придурок сгрузил все в пакет. Какое уж тут может быть вознаграждение.

На чай получит Ксения. Аж по самые плюшки. Марк не успокоится, пока не вотрет ее в грязь.

Голова тяжелая и горячая, как чугунок с картошкой. Вроде бы вечер уже наступил, а похмельный синдром только усиливался. Даже пиво не помогало. Это все из-за Марка, из-за денег, которые нужно отдать. Увы, но Трофим знал только один способ вернуть долг. Нужно было ехать к маме. Лишь она могла ему помочь.

Он лежал на диване перед телевизором, Наташка сидела в кресле. У него только пиво, у нее еще и семечки. Она грызла их целый час над самым его ухом.

В дверь кто-то позвонил.

– Кого это там принесло? – вяло спросила Наташка, но вдруг вскочила и бросилась в прихожую.

Трофим глянул на нее мельком, но все же успел заметить предательскую улыбку на губах. Это она Марку обрадовалась. Вдруг он пришел, чтобы сделать ее спасительницей Трофима? Поразвлекся с ней, и никто никому ничего не должен? Ха-ха три с половиной раза! Наташка полная дура, если так думает.

Но это был вовсе не Марк. В гости пожаловала мама. А у Наташки, как обычно, не убрано, и ужина нет. Семечки да бутерброды.

– А я как раз в магазин собиралась! – схитрила Наташка.

– Давай, – смерив ее придирчивым взглядом, сказала мама.

– Трофим! – Наташка знаком показала, что нужны деньги.

Мама достала из сумочки тысячную купюру и спросила:

– Хватит?

– Спасибо, Ксения Александровна!

Наташка умела изображать радость, но сейчас это вышло у нее не очень убедительно.

Она ушла, мама закрыла дверь. Только тогда Трофим заметил красное пятно у нее на щеке. Мама запудривала его, но оно все равно проступало.

– Что это у тебя? – спросил сын.

– Восемьсот тысяч, – ответила мать.

– Что?! – От неожиданности Трофим втянул голову в плечи.

– Восемьсот тысяч, которые ты должен Марку Худоярову. – Мама смотрела на него напористо и совсем невесело.