Смерть по любви

Да и часы эти он видел уже не одну сотню раз. Это была его спальня, и ему вовсе не надо было ехать домой. Но как же здесь оказалась Марина?.. Или это Наташка?

Неосторожное движение всколыхнуло Трофима изнутри. Он и без того чувствовал себя не в своей тарелке с трещиной от похмелья. А сейчас эта тарелка раскололась, развалилась. В горло парня хлынула едкая горечь.

Трофим хотел повернуться к девушке, лежащей справа от него, но сорвался с кровати в другую сторону. Ему срочно нужно было к унитазу, но, поднимаясь, он едва не споткнулся о пластиковый таз.

Таз оказался как нельзя кстати. Трофима вывернуло наизнанку. Отплевывался он, пока не проснулась Наташка.

– Что, хреново? – желчно спросила она.

– Еще как, – подтвердил он. – Причем хреново было с самого начала. Это все Левка, придурок.

Трофим подумал, что нужно будет позвонить Леве и попросить у него алиби. В конце концов, сам он ему помогал с отмазками не один раз.

– Ну да, а помада на рубашке откуда?

– Какая помада? – спросил он.

А в голове у него прозвучал голос Марины: «Хорошая помада не пачкает».

Трофим уже и не помнил, где они приземлились после убойной вечеринки, которую закатил Марк. Была какая-то комната, он лежал на кровати, Марина целовала его, голова ее опускалась все ниже и ниже. Да, она что-то говорила про помаду, делала губами что-то такое очень взрывное. Совершенно не понятно, почему он здесь, дома, а не с ней где-то там.

– Женская помада! – ответила Наташка.

– Где рубашка?

Трофим не поленился, нашел свою сорочку, вышел в коридор, включил свет. Не было никакой помады. Наврала ему Наташка, на пушку взять хотела.

Он бросил рубашку в стирку, зашел в ванную, умылся, сполоснул рот и вернулся в спальню.

– Что, правда глаза колет? – съязвила Наташка.

– А вдруг Левка поголубел?

– Так вы с Левкой там голубели?

– Где там?

Трофим и сам хотел знать, в каком клубе они тусили.

Он тогда много чего говорил, этот Марк. Да и делал немало.

Людей там было много, Трофим только и успевал знакомиться с ними. А выпивки было еще больше. Он пил и танцевал. И с Мариной, и с Ритой. Были там и другие, не менее роскошные девочки.

Еще он, кажется, в кости играл. Трофим помнил, как они сидели в клубе и что-то записывали на листочке.